К капитану она вышла при полном параде. По Евиным эскизам местные мастерицы сшили для нее аналог черного спортивного костюма — широкие, зауженные книзу штаны на веревочках и свободную рубашку с коротким рукавом. К сожалению, кроссовок этот мир пока не знал, поэтому на ноги Ева надела короткие сапожки из мягкой коричневой кожи.
При ее появлении Итан встал и коротко поклонился.
— Что-то случилось?
Капитан был редким гостем в этом крыле, и поэтому Ева немного нервничала, не ожидая приятных новостей.
— Бурхун приходил за ученическим мечом.
Я категорически против, чтобы фехтовать вас учил наемник. Шата Ева, у нас в крепости достаточно опытных бойцов и наставников.
— Почему?
— Потому что, — Итан не отвел взгляд, смотрел прямо и спокойно, — это ударит по вашей репутации и репутации вашего супруга.
Ева отвернулась. Капитан был прямолинеен, как все военные, но он был прав… Она на мгновение представила, как руки наемника касаются ее запястий, направляя удар, показывая технику… Черт! Это было волнительно.
— Ты прав, Итан, — кивнула она. — Назначь мне наставника из своих людей.
— Сержант Бойко, ваша светлость, — коротко сообщил Итан. — Вы с ним знакомы. Можно еще вопрос? — Он дождался кивка герцогини и спросил: — Зачем вам это? Разве женское дело — браться за оружие?
— Я должна научиться защищать себя, капитан. Чтобы в случае опасности прикрыть спину моего мужчины и уберечь своих детей.
Капитан долго молчал, рассматривая Еву, а потом улыбнулся.
— Я восхищен вами, ваша светлость.
Думаю шат Вейн не узнает вас, когда вернется.
— Да, нам придется знакомиться заново, — пробормотала Ева и вздохнула, про себя трусливо надеясь, что Вейн заблудится по дороге домой.
Сержант Бойко оказался здоровяком, который заступился за нее в тот злополучный момент, когда она очнулась в этом теле. И первые его слова были:
— Ваша светлость, я против! Благородной даме не подобает мечом махать. Да и синяки и шишки… А как же без них? Без них тренировок не бывает.
Ева понимала сержанта и ту подлянку, которую ему подложил Итан. Вот как простому воину, привыкшему матюками и пинками гонять новобранцев, вести себя с герцогиней, решившей, что она Рембо?
— Так, сержант. — Ева забрала у него ученический меч, взмахнула им пару раз, сделала выпад. Тело не помнило движения, но разум уверенно вел руку. — Меч мне не подходит, для него я слишком слаба. Мне нужна шпага. Мой конек — быстрота, непредсказуемость и жалящие удары.
