После того как их застали в компрометирующей ситуации в гостиной особняка Кранберри, маркиза спешно увезла ее домой, где им пришлось уговаривать Джастина не вызывать на дуэль друга и ее будущего мужа.
На следующий день, когда Джастин немного остыл, они встретились с Торнбери и в присутствии своих доверенных обговорили брачный контракт. Худшее ждало впереди: Джессике предстояло объявить лорду Ситону, что она не только не может выйти за него, но еще и приняла предложение Торнбери.
Она никогда не забудет его подавленного вида. Джессика придумала множество объяснений, но это уже было неважно, да и ее извинения ничего не меняли. Он не заслужил такого.
До сих пор ей так и не удалось ни поговорить, ни увидеться с Эйденом. Как он? Как себя чувствует? О чем думает?
Она чувствовала себя пойманной в ловушку, как заяц в силки. Она натворила такого, чего и не ожидала от себя; ей и в голову не приходило, что она способна на такое.
Ее застали с мужчиной в гостиной на балу. Все жутко банально. Своим поведением она могла навлечь позор и скандал на свою семью, нарушила правила, вела себя, как девица с низкой моралью, и получила то, что заслужила: в мужья мужчину, который желал только то, чего не мог добиться. Вот что случается с юными леди, которые нарушают правила.
Ближе к ночи Джессика в ночной рубашке лежала на своей постели и рассматривала балдахин, пытаясь привнести смысл в то, как изменилась ее жизнь всего за один вечер.
Рядом сидела Элизабет, тоже переодетая ко сну, а мать в это время обследовала ее гардероб, судя по выдвинутым ящикам и раскрытым дверцам, чтобы определить, что можно использовать для trousseau — приданого — дочери.
— Времени, может, и не так много, но мы с Мэри управимся, — заметила мать, разглядывая нижнее белье.
— Не могу представить ничего более скучного, чем готовить приданое, — объявила Элизабет со своей кровати, где сидела, обложившись подушками.
— Подожди, придет и твое время, — бросила ей мать через плечо. — Как только выйдет замуж твоя сестра, я смогу заняться тобой.
Элизабет закатила глаза.
— Лучше не надо! До сих пор не могу поверить, что наша Джессика станет герцогиней. Именовать ее «ваша светлость» — это так нудно.
Девушка рассмеялась, но Джессика даже не улыбнулась в ответ; она вообще перестала улыбаться.
