Дилемма Золушки

Когда мы поднялись на лифте ко входу в отделение, та встала за своим столом-конторкой и поспешила сообщить радостную весть:

– Профессор сказал, у вашей бабушки все хорошо!

– Какой профессор? Пришел профессор, уже? А мы пропустили! – Тетушка заволновалась, порываясь бежать к палате Марфиньки.

– Да он ушел уже, – остановила ее дежурная и добавила, пытаясь успокоить: – Но долго с ней беседовал, – чем только еще больше огорчила тетю Иду.

– Что за профессор? – Я понизила голос: – Психиатр?

Дежурная закивала, сделав большие глаза:

– От самого Громыцкого!

Я вопросительно посмотрела на тетю.

Не знаю никакого Громыцкого. Громыко помню, был такой председатель Президиума Верховного Совета СССР, и еще Громозеку – коллегу-ученого папеньки Алисы Селезневой в бестселлере Кира Булычева, а вот Громыцкого…

– Левушка Громыцкий – тоже профессор, доктор наук, академик и главврач этого учреждения здравоохранения, – подсказала тетушка и вперила строгий взор в дежурную. – А сам Лев Моисеевич приходил? Он обещал мне лично посмотреть пациентку.

– Не смог, должно быть, сам-то наш, прислал другого профессора, помоложе, – защитила руководителя учреждения дежурная. – Он так и вошел, со смартфоном у уха, сказал в него: «Конечно, я уже здесь, Лев Моисеич», а мне кивнул и шепотом: «В какой палате Зарецкая?»

– Ах, боже мой, боже мой! – Тетушка схватилась за голову.

– Ну что ты так переживаешь? – Я отвела ее от стола дежурной, чтобы та не услышала, чего не нужно. – Профессор приходил, пациентку посмотрел, сказал, что все с ней хорошо.

– Ах, ты не понимаешь! – Тетушка помассировала пальцами виски. – Я же должна была обрисовать психиатру всю картину… Он мог неправильно понять и трактовать… И грош цена тогда его заключению…

– Давай-ка по порядку. – Я усадила ее на ближайшую кушетку и опустилась рядом. – О какой картине речь?

– О состоянии пациентки, конечно же! Видишь ли… – Тетушка ущипнула себя за переносицу и наконец призналась: – Я никому не сказала, что у Марфы деменция.

– Да это все и сами увидели! Когда бабуля под девяносто ведет себя как юная девушка…

– Елена, дослушай! – перебила меня тетушка. – Конечно же, странности поведения Марфы тут заметили. Но я не сказала, что такое с ней уже бывало, наоборот, использовала эти ее закидоны как повод потребовать особого к ней внимания.