Дилемма Золушки

Очевидно, молодой человек значительно превысил необходимую дозу, да еще и запил препарат алкоголем…

– Дай сама догадаюсь! – Теперь уже я вскинула руку. – Не иначе шампанским или игристым? И еще небось заел шоколадом – белым пористым?!

– Откуда ты… – Тетушка озадаченно поморгала, но не стала настаивать на моем ответе, спеша закончить собственное сообщение: – Так вот, насчет лекарства. Точно такое же, и тоже с передозировкой, приняла Марфа, оттого-то и слегла внезапно прямо на улице. Это совпадение не кажется тебе странным?

– В самом деле… – Я призадумалась.

 – Погоди-ка, давай по порядку. Юся переборщил с лекарством от давления, отчего сомлел на выставке, неудачно упал прямо в ванну и там захлебнулся, а этого никто не заметил, так, что ли, получается?

– Думаешь, подобного не могло быть? В прихожей того странного художественного салона очень тесно, ванну приходилось обходить, а вода в ней была непроглядная, темная. Так сказать, что упало – то пропало. К тому же, вспомни, на бортике ванны как раз синела надпись «Добро пожаловать!» – все более горячась, проговорила тетушка.

 – Так что, даже если из воды какое-то время торчал фрагмент-другой бедняги Юси, гости выставки вполне могли расценить это как перформанс. В конце концов, там же рядом сидел манекен, позаимствовавший свою верхнюю половину у лошадиного скелета! Что в сравнении с ним торчащая из ванны нижняя часть человека! Не удивлюсь, если кто-то любезно затолкал ее в воду, ведь выставка была интерактивная!

– Ну, предположим.

 – Я не стала спорить. – А что Марфа Ивановна, она тоже запила свое лекарство шампанским и заела шоколадом?

– Зеленым чаем с пирожными. Но не свое!

– Что? – не поняла я.

Тетушка наклонилась ко мне через стол и понизила голос до свистящего шепота:

– А то, что Марфа никогда не страдала от повышенного давления и, соответственно, не принимала препаратов для его понижения! Это значит, что лекарством ее кто-то незаметно опоил, а зачем?

– И где? И когда? И кто? – Я выдернула из-под руки родной старушки листок с карандашом и принялась записывать вопросы.

Увы, задать их Марфиньке не получилось.

Утром, когда мы приехали в больницу, мадам Зарецкая уже лежала в отдельной палате и выглядела если не цветущей розой, то вполне себе бодрым огурцом, но, увы, для допроса была не в кондиции. У нее случился очередной день победы маразма, и о том, что происходило накануне, она не помнила ровным счетом ничегошеньки.