– Обширная библиотека моего батеньки, который потакал моим капризам и выписывал новейшие издания по морским судам, механике и паровым машинам. Именно поэтому, как только мне исполнилось шестнадцать лет, я направился в столицу нашего государства, чтобы поступить в университет. Хочу стать инженером, Марк Авдеевич.
– Я поражаюсь вашим талантам и стремлениям, – покачал головой капитан."
"Мы ещё немного поговорили, обсудили машину и возможную её замену, после чего я посоветовал пару нововведений, чтобы подшипники работали дольше, и мы попрощались, я направился к себе подремать, вечером была запланирована игра, а капитан продолжил выполнять свои обязанности.
Держась левой рукой за леер, я стоял на носу и смотрел на приближающуюся казанскую пристань. Семь дней плыло это корыто по рекам России, однако я не сказал бы, что плаванье проходило скучно. Вечерами я играл на гитаре, всегда собирая поклонников – были и такие. Также вечерами были игры в покер, игрок я был средний, но в принципе, нормально играл с торговцами и севшим на корабль три дня назад помещиком.
Он, кстати, был с семьёй. За всё время я проиграл шестнадцать рублей и выиграл тридцать один, то есть играл не чтобы выиграть, а чтобы развеять скуку.
В Казани моё плаванье заканчивалось, дальше пароход шёл на Москву, а мне нужно было в Питер более коротким маршрутом. Попрощавшись со всеми – кроме меня, в Питер никто не плыл, – я сошёл на пристань и лёгкой походкой направился в сторону речного вокзала – нужно было узнать, есть ли ближайшее судно до столицы и имеются ли там каюты.
За мной, согнувшись под весом поклажи, семенил матрос с «Красавицы».
В кассах я узнал, что через два часа отходит небольшое торговое судно купца Ефимова. На борту имеются пассажирские каюты, две так вполне комфортабельны. Оплатив билет и снова сверкнув документами, я направился на место стоянки «Лилии». К моему большому удивлению, там я обнаружил небольшую, однако самую настоящую ладью. Кассир не соврал, сообщив, что на борту имеются две комфортабельные каюты, только вот не сообщил, что их вообще две.
Капитан и то спал на палубе, уступая свою каюту пассажирам.
– «Лилия»? – на всякий случай уточнил я, покосившись на надпись и рисунки цветка на борту ладьи.
– Так точно, молодой господин, – по трапу на пирс поднялся заросший волосами мужчина, видимо капитан.
Так и оказалось. Он изучил билет и велел одному из своих матросов отнести мои вещи в каюту.
