Да не торопись ты, сейчас твоя очередь будет, видишь, этот к финишу близится? Что, и остальным такая помощь нужна?! Да что же вы за мужчины такие?!
Так, весело комментируя увиденное, я продолжал развлекаться. Не скажу, что мне это зрелище доставляло удовольствие, но честно говоря, я был удовлетворён местью за Маргарет, франт это реально заслужил. Была у меня причина так жёстко отомстить ему, очень веская причина.
Прихлёбывая неплохой кофе, я дожидался, пока бандиты устанут, но они с моей помощью уставать не торопились, сами удивляясь своим мужским силам.
Один из бандитов даже начал с интересом поглядывать на лежавших рядом жутко перепуганных офицеров, пока не принялся за них. Я не препятствовал. Мне-то какое дело, меня интересовала экзекуция франта, а с офицерами – это личная инициатива бандитов.
– Интересно, они что, решили, что они такие гиганты только с мужчинами и на женщин теперь не посмотрят? – пробормотал я себе под нос и, встав и легко выхватив револьвер, быстро ударяя по курку ладонью, произвёл серию из шести выстрелов, уничтожив бандитов.
Одного так прямо на франте. Подойдя к нему, я присел напротив лица и, посмотрев в обезумевшие глаза сломленного человека, спросил:
– Ну как, понял, каково было Маргарет?.. Кстати, тебе труп на тебе не мешает? – посмеявшись, я сделался серьёзным и приказал, снимая паралич с его лица: – Теперь говори, кто ты, на кого работаешь, и главное, кто отдавал тебе приказы… Ну?!
Однако тот только замычал, с безумием глядя на меня. Дистанционно осмотрев его, я понял, что тот сошёл с ума.
– Э-э-э, сэр Засранец, ты не уходи, ты мне вменяемым нужен.
Тот, похоже, после экзекуции действительно тронулся умом, пришлось накладывать на него руки. В прямом смысле. После моего лечения глаза франта прояснились.
– Ну как, как тебе быть на месте Маргарет? – снова поинтересовался я. Прошлый мой вопрос не считается, он его не слышал, уйдя в себя.
– Я её не трогал, – прохрипел он.
– Честно говоря, меня это не особо заботит. Старшим был ты, тебе и ответ держать… Ну, в смысле, ты получил всё, что заслужил.
Честно говоря, Маргарет меня не особо волнует. Неприятным открытием для меня стало то, что она была на пятом или шестом месяце беременности. А вот этого я тебе простить не могу и не прощу. У меня есть полная уверенность, что ребёнок был мой, потому что после меня, поверь, другие мужчины казались ей пресными. Она не изменяла мне, мой это ребёнок. Был. Именно поэтому такой жёсткий прессинг.
