Дитя дьявола

Паршивка просто-напросто вздумала посмеяться надо мной! Впрочем, я не осуждаю ее за то, что она холодна с ним, поскольку ничего иного он и не заслуживает.

Леди Фанни смолкла, чтобы перевести дух, и краем глаза глянула на герцога Эйвона. Его милость хранил олимпийское спокойствие, лишь слабая улыбка играла на тонких губах, да во взгляде, устремленном на сестру, поблескивали веселые искорки.

— Честно говоря, дорогая Фанни, мне трудно уследить за ходом твоих мыслей, — признался он. — Пожалуйста, просвети меня, о ком ты говоришь.

Леди Фанни возмущенно выпрямилась.

— А мне кажется, ты все прекрасно понимаешь, Джастин.

— Но я-то уж точно не понимаю! — воскликнула Леони. — С кем Джулиана холодна? Надеюсь, не с этим бедным ничтожеством?

— Разумеется, нет! — леди Фанни раздраженно фыркнула и погрузилась в молчание.

Леони вопросительно взглянула на герцога. Он отправил в нос очередную порцию табака.

— Насколько я понимаю, любовь моя, дражайшая Фанни имеет в виду нашего сына.

На лице Леони появилось озадаченное выражение.

— Доминика? Но… — Тут она замолчала и перевела взгляд на размечтавшуюся золовку. — Ни за что!

Леди Фанни оказалась не готова к столь жестокой откровенности.

— Боже, дорогая, что ты этим намерена сказать?

— Мне вовсе не хочется, чтобы Доминик женился на Джулиане. — Леони вздернула упрямый подбородок.

— Может, — леди Фанни надменно выпрямилась, — ты будешь так добра объяснить, что означает твой оскорбительный отказ?

— Прошу прощения, если я выразилась слишком резко, — извинилась Леони.

— И весьма, — ответил герцог, с легким щелчком захлопывая табакерку. — Но в отличие от дорогой Фанни предельно искренна.

— Мне очень жаль, — повторила Леони. — Я вовсе не желала сказать, что не люблю твою дочь, но, думаю, Доминик вряд ли захочет связать свою жизнь с Джулианой.

— Так! — Фанни повернулась к брату с нескрываемым раздражением. — Если это все… Джастин, разве ты забыл, какие радужные планы мы строили еще несколько лет назад?

— Я никогда не строю планов, дорогая Фанни.

Леони снова вмешалась.

— Верно, Фанни, мы с тобой мечтали о том, что Доминик женится на Джулиане. Монсеньор тут ни при чем. Но тогда они были совсем детьми, а теперь все изменилось.

— Что изменилось? — Ее светлость нервно высморкалась.

Леони задумалась.

— Доминик… Он недостаточно респектабелен для Джулианы, — ничего более вразумительного Леони не смогла придумать.