Дитя прибоя

Изумлённо посмотрев на коренастого богатыря, Лёха покачал головой и, поковыряв пальцем в ухе, спросил:

– Ты своей глоткой кружки глиняные, случайно, не бьёшь?

– По молодости было пару раз, – потупившись, кивнул Груд.

– Ну и глотка у тебя?! – покачал головой Анкутан.

– А что делать, если в шахте кого позвать надо? Или в кузне кого срочно окликнуть? Про команды в бою я уж и не вспоминаю, – развёл руками гном.

– Ладно, поехали. Потом поговорим, – усмехнулся Лёха, направляясь к головной машине."

"Колонна обошла широкое подножие холма, за которым прятались кочевники, и остановилась у становища.

Разведчики уже успели распотрошить почти все брошенные перед боем перемётные сумы и заплечные мешки. Всё, что имело какую-то ценность, ссыпали в один из таких мешков, а ненужное оружие, луки, пики, кожаные кирасы рубили на месте. Оставлять противнику подобные вещи было глупо. Поэтому Лёха в приказном порядке потребовал, чтобы всё, что его бойцы не смогут забрать с собой, было приведено в негодность. Даже сёдла и уздечки на погибших лошадях.

В машину погрузили и кожаные или плетёные из конского волоса арканы. Верёвки в таком путешествии вполне могли пригодиться. Дождавшись, когда бойцы закончат творить безобразие и варварство, Лёха подал команду к продолжению движения. Нужно было как можно скорее добраться до места. Ведь кочевники, оправившись от пожара, могли вернуться, чтобы взять под контроль вход в капище. Если их главари стали адептами Проклятого, в чём Лёха нисколько не сомневался, то так оно и будет.

Информацию караван мог получить только от драконов, постоянно круживших в небе над степью. Но и они не могли находиться там бесконечно. Из разговоров с вождём ареала Лёха знал, что долгий полёт забирает у дракона много сил. Не физических, но магических. Особенно, если приходится летать возле капища Проклятого. Само это место вытягивало магические и жизненные силы из любого живого существа. Именно поэтому любому первородному рядом с капищем становилось плохо.

Поделившись этими мыслями с сидевшим за рулём Грудом, Лёха попросил его прибавить газу. Кивнув, гном сурово сдвинул брови и разогнал броневик так, что только пыль столбом стояла. По прикидкам парня, Груд выжал из мотора что-то около пятидесяти километров в час. С учётом веса броневика и недостатков мотора это была серьёзная скорость. Анкутан только восторженно улыбался, явно получая удовольствие от бешеной скорости.