Дива

Охотовед стоически выдержал второй натиск, аккурат­но, как учили на инструктаже, от себя принцессу отстра­нил и хотел надеть на неё свою куртку. Но своенравная и распущенная, она попыталась раздеть Недоеденного, причём весьма грубо, только пуговицы полетели! И ко­мандовать стала!

Чуть ли не час Костыль сопротивлялся как мог, а прин­цесса вошла в раж и едва лабаз не разнесла — столь­ко в ней страсти накипело! Надо было каким-то обра­зом выходить из сложного положения, и тогда он сделал вид, будто медведь к лабазу крадётся.

И начал это знака­ми принцессе показывать, карабин свой взял и случай­но стволом занавеску отвернул...

А там матёрый волчище по овсу вышагивает! При­чём в шапке Деда Мороза и очень похож на Ивана-царе­вича! Замороченному от поведения принцессы Костылю сначала и в голову не пришло, что это оборотень. Тут он догадался, как отбояриться от надоедливой клиентки, пе­реключить её внимание. Он выстрелил навскидку и не­много поспешил — зверь подпрыгнул, ощерился, шапка слетела, сбитая пулей.

Со второго выстрела он бы свалил волка, но принцесса увидела матёрого зверя, вдруг вце­пилась в охотоведа и тоже оскалилась, зарычала, а по­том стала кусаться. Сначала ещё «Вау!» кричала, потом и такой звук пропал — завыла по-волчьи!

При этом Костыль показал укусы на руках и плечах, оставленные явно собачьими или волчьими зубами — ни­как уж не человеческими. Применить силу против Её Вы­сочества он никак не мог, поэтому пытался лишь увер­нуться, а принцесса рычала и всё ещё грызла его.

И вдруг на глазах начала покрываться серой шерстью! Снача­ла вырос такой пушистый воротник вокруг шеи, потом по плечам и рукам поползло, а принцесса будто и не за­мечает этого, норовит зажать Костыля в угол и укусить.

Недоеденный слышал много баек про оборотней, но сам никогда их не встречал и потому в существование не верил, а тут увидел воочию, как эта красивая, знойная женщина преображается в волчицу. Он кое-как вырвался из её лап, отшатнулся и убежал бы, но не позволило осоз­нание, что он проводит охоту и обязан обеспечить безо­пасность клиента, в каком бы образе тот ни находился.

"

"Какое-то время лицо оставалось похожим на чело­веческое, но потом нижняя и верхняя челюсти вытяну­лись, нос приплюснулся, превратился в чёрный пятак с норками, и всё превратилось в звериную морду. В по­следнюю очередь выросли уши и сразу же прижались к голове — характерный признак крайней агрессии.