Дива

Но тягаться с самим Борутой никто не в состоянии! За неделю вперёд, как медведю Костыля пожевать, Данила предупреждал его, даже упрашивал, чтоб не водил прокурора на охоту — не послушал. Или вот откуда про­стому смертному туземцу, например, узнать, что в резуль­тате беседы президента с губернатором на Пижму прие­дут самые настоящие король с принцессой?

Поговаривали, бабка Боруты тоже лешачихой была, то есть дивой, откуда во внуке появилась любовь к лесу, зверью, чудесам и дар ясновидения. Дед же будто был цы­ганом, коновалом и колдуном, поэтому жил на острове в Дорийском болоте.

И фамилия у него подходящая: бо- рутой, или боровым, в средней полосе России зовут ле­ших. Но если так судить, то у нас пол-России лешие, по­тому как в лесах живут, что тебе дивьё лесное. И самое распространённое, незлобливое ругательство — лешак, или леший тебя побери, особенно у вятских соседей.

Если считать через бабку, то Данила всего лишь в третьем колене был лешаком, поэтому немного под- выродился в смысле роста: всего метра полтора с кепкой и в башмаках на высоком подборе, потому его в армию не взяли.

Хотя при этом он силой обладал невероятной, поистине, лешачьей! Не руки — паровозные маховики, свисающие ниже колен, плечи хоть и не широкие, но весь он сухожилиями перевитый, кремнёвый. На спор за день­ги однажды лом в узел завязал, а за двойную плату раз­вязал. Ещё в юности на призывной комиссии стул вме­сте с грузным доктором за ножку одной рукой взял, едва дотянулся и на шкаф поставил. И сказал, спустит после того, как тот бумагу подпишет, что годен к строевой без ограничений.

А Даниле до зарезу надо было попасть в армию, по­скольку в юности он влюбился в девчонку — Диву Драко­ню, приёмную дочку председателя колхоза. Совсем ещё юная, она выглядела вполне взросло и уже считалась пер­вой красавицей в Пижменском Городке. Все женихи жда­ли, когда подрастёт, и уже копытом били, фотокарточки в кабине тракторов вешали.

Борута же ростом не вышел и был ниже её на полторы головы: Дива такой дылдой вымахала, редкий парень ей по росту подходил. Так вот эта гордая девица вздумала над ним посмеяться, сказа­ли, отслужишь в армии — приходи, поговорим. Может, подрастёшь или станешь героем — не посмотрю, что ко­роткий. Лучше героем стань; люблю, когда совершают подвиги, дескать, меня не просто высватать надо — чем- то покорить, завоевать, тогда я ни на что не посмотрю.