Дива

С хвостом так и вовсе кра­сота: лебёдки не надо, подкатил, затянул бревна на сруб и к другому пошёл. Только чтоб никто не видел и лиш­них вопросов не задавал, можно по ночам работать. Охо­товед не оценил трудолюбие шабашника, но, зная о его ветеринарных способностях, предложил работу егеря-со­бачника. То есть отдал под его начало всю псарню и притравочных зверей, медведей и кабанов. А ещё казённый карабин и клетку на колёсах — переоборудованный УАЗ, чтоб зверей на притраву собак вывозить. И зажил Бору- та, как бывало в Сочи, даже «Яву» себе купил, уже ново­го образца, поскольку мотоциклы по-прежнему обожал.

"

"Но как шила в мешке не утаить, так и хвост в штанах: кто-то подглядел, как Данила кормит медведя. В клетку к нему он поначалу входить опасался, поэтому загибал конец хвоста крючком, ставил тазик с едой и подсовынал в кормушку. Медведь и тот смотрел удивлённо, зная, что у человека всего две руки и не бывает хвостов. И вот подсмотрели и доложили Костылю, что собачник хвоста­тый. Тот сначала не поверил, хотя Борута внешне похо­дил на обезьяну, но когда увидел хвост, кроме основной работы предложил шабашку.

Надо было за деньги по­казывать клиентам всякие фокусы или даже просто два часа сидеть голым в клетке, демонстрируя возможности хвоста. Он даже придумал псевдоним Даниле — Див, мол, ты изображай настоящего лешего, отловленного в мест­ных лесах.

Скрывать свои вновь открывшиеся физиологические качества уже было невозможно, а предложение охото­веда ему понравилось, поскольку Данила мечтал купить знаменитый «Харлей» и настоящую униформу байке­ра.

Когда гости после охоты собирались на базе, Борута раздевался, садился в клетку, брал в руки книжку, читал, а сам тем временем выделывал всяческие упражнения хвостом. Поднимал двухпудовки, подвешивал себя к по­толку, не выпуская книги из рук, лазал по карманам ошеломлённых зевак и щекотал женщин, забираясь под юбки. Фото рядом с клеткой можно было сделать за от­дельную плату, а за тройную Данила выходил на волю и обнимал клиентов, в том числе и хвостом. Тогда сни­мали два вида — спереди и сзади.

Уже через полгода Борута осуществил свою мечту, от­пустил могучую бороду и разъезжал на «Харлее» по мест­ным дорогам. Колхоз вместе с Драконей тогда загибался от нищеты, резали дойных коров, распродавали технику, а бывший ветеринар благоденствовал: от местных девок и женщин отбоя не было, приставали, мол, прокати или покажи хвост. Но эта любовь к мотоциклам и сыграла злую шутку.