Дивергент

Мы обмениваемся взглядами, когда Эрик втыкает в Дрю иглу и отправляет его в зал пейзажа страха. Когда подойдет моя очередь, я буду знать, как справились остальные и как мне нужно выступить, чтобы победить их.

Наблюдать за пейзажами страха снаружи неинтересно. Я могу видеть, что Дрю движется, но не знаю, на что он реагирует. Через несколько минут я закрываю глаза, вместо того чтобы наблюдать, и стараюсь выкинуть все мысли из головы. Бесполезно сейчас рассуждать, с какими страхами мне предстоит встретиться и сколько их будет.

Надо просто помнить, что я умею манипулировать симуляциями и уже проделывала это прежде.

Следующей идет Молли. Она справляется вдвое быстрее, чем Дрю, но даже у Молли возникают проблемы. Она проводит слишком много времени, тяжело дыша, пытаясь справиться с паникой. В какой-то момент она даже вопит во всю глотку.

Забавно, как легко оказалось отрешиться от всего остального… мысли о войне с Альтруизмом, Тобиасе, Калебе, родителях, друзьях, новой фракции тают. Все, что я могу сейчас сделать, – это справиться с препятствием.

Кристина следующая. Затем Уилл. Затем Питер. Я не наблюдаю за ними. Я знаю только, сколько времени они тратят: двенадцать минут, десять минут, пятнадцать минут. И наконец мое имя.

– Трис.

Я открываю глаза и выхожу вперед, где ждет Эрик с полным шприцем оранжевой жидкости. Я почти не замечаю иглу, когда она вонзается в мою шею, почти не вижу утыканное пирсингом лицо Эрика, нажимающего на поршень. Я воображаю, будто сыворотка – жидкий адреналин, бурлящий в моих венах, придающий мне силы.

– Готова? – спрашивает он.

Глава 30

Я готова. Я вхожу в комнату, вооруженная не пистолетом или ножом, а планом, составленным прошлой ночью. Тобиас говорил, что третья ступень посвящена интеллектуальной подготовке… разработке стратегий по преодолению страхов.

Жаль, я не знаю, в каком порядке последуют страхи. Я покачиваюсь на пятках и жду первого страха. Мне уже не хватает воздуха.

Земля под ногами меняется. Трава вырастает из бетона и колышется на ветру, которого я не чувствую.

Зеленое небо сменяет голые трубы над головой. Я слушаю птиц и чувствую свой страх, учащенное сердцебиение и недостаток воздуха как нечто далекое, но не существующее в моем сознании. Тобиас сказал, что я должна понять смысл этой симуляции. Он был прав: дело не в птицах. Дело в контроле.

Крылья хлопают над моим ухом, и вороньи когти впиваются в плечо."

"На этот раз я не бью птицу со всей силы.