Диверсанты Судоплатова. Из Погранвойск в Спецназ

С самого начала он настойчиво искал с ней встреч. Как-то пару раз даже прогулялись вечером. С Олегом было интересно, он учился в институте, жил в столице. Читал ей Есенина, говорил про свои чувства.

Но затем что-то перевернулось. Она словно впервые заметила светловолосого пограничника Колю Мальцева, когда перевязывала его. Олег обиделся на обоих. Неприязни к сопернику прибавилось в тот день, когда, попав в санчасть, Чепцов рассказывал о вылазке на железную дорогу:

– Эшелон мы рванули, начался бой.

Я половину диска успел выпустить. Немец с подножки свалился, я в другого прицелился. Тут с платформы пушка ударила, один снаряд с перелетом рванул, другой совсем рядом. Шесть ранений получил. Но автомат удержал, еще одну очередь дал, в кого-то попал.

В том, что он явно себя подхваливал, ничего особенного не было. В бою все видится по-другому. Вряд ли Олег кого-то достал торопливыми очередями из автомата. Но Мальцев его поправил:

– Ранение одно, а не шесть, только множественное.

Не любил он, когда люди хвалились без меры. Пушка в него стреляла. Еще скажи – гаубица! Взорвался неподалеку малокалиберный зенитный снарядик весом шестьсот граммов, и словил он шесть кусочков металла размером с подсолнечное семечко.

Чем тут гордиться? Все шесть осколков Наталья Сергеевна за четверть часа пинцетом из-под кожи вытащила. Могла и в санчасть его не класть, но место имелось, вот и положила. Пусть отдохнет парень, в себя придет от испуга. Все же первое ранение.

Принесли завтрак: молочную кашу с ломтиком хлеба и слегка подслащенный (зато горячий) отвар шиповника.

Туго в отряде с продовольствием. Яков Павлович Будько неплохо запасся картофелем, есть мука, соленое сало, но он бережет их до зимы. Когда предательский снег не даст лишний раз выйти из лагеря.

А пока все в отряде едят суп с осточертевшими грибами да жидкую кашу или капусту, слегка приправленную подсолнечным маслом. Вместо хлеба чаще варят мучную болтушку-затируху.

Более-менее подкармливают раненых и дают доппаек бойцам перед выходом и после возращения с боевого задания.

Война во вражеском тылу диктует свои законы. Командир отряда Журавлев с заместителем Федором Кондратьевым получают на кухне свои порции наравне с рядовыми бойцами и сержантами.

Это одно из условий нормальных взаимоотношений в отряде между командирами и подчиненными. Так было и на заставе номер шесть, которой Журавлев командовал перед войной.