Дьявол кроется в мелочах

Впрочем, его разрешение Насте было ни к чему. Она знала, где дома хранится набор суперских отмычек, когда-то презентованных ее маме одним из городских бандитов, ныне покойным. Знала и умела ими пользоваться, полагая, что в жизни могут пригодиться любые навыки и умения. К примеру, когда ее одноклассник Вовка Перегудов случайно захлопнул входную дверь, за которой бесновалась оставленная Вовке для присмотра Жужа, любимая болонка ее мамы, именно Настя решила тогда проблему, потому что Вовка сидел у нее на кухне и трясся, что родители его убьют.

Неминуемое убийство грозило как за ничегонеделанье в ожидании неминуемой Жужиной голодной смерти (родители уехали в отпуск на две недели, а дверь захлопнулась в аккурат назавтра после их отъезда), так и за вызов слесаря. Перегудов-старший работал директором крупного завода, а его жена была владелицей магазина модной одежды, так что их квартиру показывать людям, умеющим вскрывать замки, было опасно.

Спасла Вовку именно Настя, которая решительно сходила в комнату за набором отмычек, после чего они с Вовкой дошли до соседнего подъезда, и Настя за три минуты открыла бронированную (как у Галактионовых) дверь, после чего они с Вовкой торжественно поклялись друг другу никогда и никому про это не рассказывать.

В общем, пробраться в квартиру для нее труда не представляло, и Настя решила, что, пожалуй, завтра поговорит для начала со своей преподавательницей, а затем, в зависимости от содержания беседы, примет решение, нужно ей проникать в квартиру или нет.

"Она переписала из дела все, что могло представлять хотя бы малейший интерес, захлопнула кабинет дяди Вани и ушла, не забыв оставить Бунину записку с благодарностью. И вот сегодня стало ясно, что набор отмычек все-таки понадобится. Днем Софья разговаривать категорически отказалась, а после курсов постыдно сбежала, не явившись домой.

Окна ее квартиры оставались темными и через полчаса после окончания занятий, и через час. Ждать дальше не имело смысла.

Настя села в машину, в складчину подаренную ей отцом и матерью на восемнадцать лет, доехала до дома, переоделась в практичную немаркую одежду, забрала в хвост свои роскошные длинные волосы, поменяла каблуки на мягкие на ходу кроссовки, переложила вещи в удобный рюкзак, поместив туда же и аккуратно стащенные из ящика комода отмычки.

Естественно, мама этого не заметила. Она на кухне писала очередную статью и отрывалась от нее только затем, чтобы добавить ингредиенты в томящийся на плите плов.