Дьявольский коктейль

- Как она добра… А что именно, не сказала?

- Смотри на дорогу, бога ради! Нет, не сказала. Она говорила, что было очень забавно составлять новое завещание и расписывать, кому какие подарки она оставляет. Она чудо, правда?

- Правда."

"- Нерисса это говорила всерьез. И она так рада, что подвернулся этот племянник и что он оказался хорошим молодым человеком… Знаешь, я такого никогда раньше не видела. Она умирает и относится к этому абсолютно спокойно. И даже забавляется такими вещами, как составление завещания… И это несмотря на то, что она знает… знает…

Я покосился на Чарли.

По щекам у нее катились слезы. Она редко плачет и не любит, чтобы кто-то это видел. Я стал смотреть на дорогу.

Я позвонил своему агенту и ошарашил его.

- Но… но… - промямлил он. - Но ведь вы же никогда никуда не ездите и всегда отказываетесь… Вы стучали по столу и кричали, что…

- Совершенно верно, - согласился я. - Но мне нужен повод поехать в ЮАР. Так намечаются ли там премьеры каких-нибудь моих фильмов или нет?

- Ну… - Агент был в полной растерянности.

- Сейчас посмотрю… Вы точно уверены, - недоверчиво переспросил он, - что, если там будут какие-нибудь премьеры, вы хотите, чтобы я сообщил, что вы приедете лично?

- Я же сказал!

- Да, только я ушам своим не поверил…

Он перезвонил через час:

- Премьер две. В Кейптауне с понедельника будет демонстрироваться «Один день в Москве». Это первый из шести восстановленных фильмов. Он, конечно, старый, но ваш приезд поможет подогреть интерес к показу. А в Йоханнесбурге будет премьера «Скал».

Но это только четырнадцатого сентября, через три недели. Вас устроит?

- Нет, это поздновато… - Я поразмыслил. - Но мне надо в Йоханнесбург.

- Хорошо. Я все устрою. И… э-э… эта ваша внезапная перемена настроения распространяется на телебеседы и газетные интервью?

- Нет.

- Увы… Так я и думал.

Я забрал у Нериссы все письма от ее тренера, все южноафриканские календари скачек, вырезки из газет и журналов, которые ей присылали, и все подробности о происхождении и спортивной форме ее одиннадцати молодых аутсайдеров.

Пачка бумаг оказалась толстенная, и разобраться в ней было не так-то просто.

Однако картина, которая начала вырисовываться передо мной после долгих трудов, заставила бы призадуматься любого, не только владельца лошадей. Девять из одиннадцати в начале своей скаковой карьеры демонстрировали прекрасные результаты. Всего с декабря по май они выиграли четырнадцать скачек. В худшем случае занимали одно из призовых мест.