— Ну, так что случилось? Если ты зашел просто поздороваться, то «привет» и «пока», некогда мне.
— Смотри, тут это, такое дело, искали тебя.
— Кто искал?
Ветрова напряглась. Она это делает в последнее время очень часто. Не жизнь, а сплошное напряжение.
— Дяденьки серьезные приходили, расспрашивали про девушку, искали блондинку. А у нас в подъезде ты одна такая, молодая и блондинка. Никаноровна не считается, она старуха и седая.
— Когда это было?
— Так вчера, под вечер.
— А ты что сказал?
— А я ничего не сказал.
Я сказал, что надо подумать, вспомнить, они обещали прийти снова.
У Лизы нехорошо так свело желудок. Может быть, стоит вернуться к Великану в лес и там же обосноваться? Уйти, так сказать, в глубокое подполье, окопаться, пустить корни, как береза? А что, Лизе понравилась жизнь на природе. Егор будет охотиться, она тушки кроликов разделывать и готовить гуляш, а вечером…
Так, главное, не думать, что будет вечером, а то Ветрова совсем заскучает.
Или к отцу переехать?
Но нет, нет, нет.
Лиза не выдержит, там не будет никакого подтекста эротического характера, там будет каторга, а ее душа рвется на волю. Но что из этого вышло, Елизавета даже вспоминать не хочет. Вырвалась она на волю, отпустил ее папа, и попала она в лапы извращенца, а потом угодила в капкан лесного человека.
Приключения на задницу, что ни говори, ее тема.
— И зачем ты ко мне пришел? Чтобы сказать, что меня искали?
— Ну, я… так это… того… жду вознаграждение за свое молчание. Как говорится, молчание — золото.
Как все банально и скучно, Матвей просил денег за то, что в следующий раз он не скажет двум серьезным дяденькам, где на самом деле живет их беглянка, спалившая дачу и огревшая Гоголем короля сухарей.
Вот же скотина какая.
— А тебе не кажется, Матвей, что это уже слишком? Откуда я могу знать, кто там приходил и кто меня искал? Может быть, ты все это выдумал, с пьяных глаз померещилось?
— Так это коллекторы были, по ним сразу видно было, что костоломы. Ты наверняка им кучу денег задолжала.
А поделишься со мной, они о тебе не узнают.
— Какую кучу, Матвей? Ты иди проспись, или ты уже пьяный? Я никому ничего не должна. Боже упаси, я не знаю, кто это были такие, и кто меня искал. Может быть, просто мужчины ошиблись адресом?
— Да, да, да, точно. Такие адресами не ошибаются, я знаю, — Матвей почесал отросшую щетину, оглядел девушку с ног до головы. Ладненькая такая она была, красивая, но наглая, не то что ее сестра Настя.
