Для него важнее другая (СИ)

— Что ты сейчас сказала? — нахмурив брови, устремила на нее взгляд.

— Это мое место, — она указала кивком головы на лавочку, на которой я сидела. — Свали.

— Да ты что, — наигранно воскликнув, внимательно осмотрела скамейку. — Удивительно, но здесь нигде не написано, что это твоя собственность. Странно, не находишь?

— Я всегда здесь сижу, — скрестив руки на груди, с напором в голосе заявила она. — Об этом все знают.

Невольно на моих губах появилась ухмылка. Красота и притягательность Шейлы моментально потухла в моих глазах.

Я знала наверняка, что здесь не может быть ничего, принадлежащего Вонг.

Нейтральная территория для того и нейтральная. На ней все равны. И если кто-то начинает качать свои права, это достаточно жестко наказывается.

Но видимо, у Шейлы от популярности и собственной значимости, немного закружило голову.

— Хм, — задумавшись, я даже прикусила губу. — Жизнь меняется, знала об этом?

— Что ты имеешь в виду? — она нахмурилась, действительно не понимая, куда я клоню.

— Я не собираюсь уступать тебе место, только потому что тебе так захотелось, — пожав плечами, вернула свой взгляд на экран телефона.

Присутствие этих задиристых стерв начинало нервировать.

— Ты вообще знаешь с кем ты разговариваешь? — воскликнула Шейла недовольным голосом.

— Это же наследница Олсенов, — подала голос одна из её шестерок. — Та, которая вернулась недавно.

— А, — самодовольно заулыбалась Вонг. — Тогда понятно. Никаких манер.

— Ты о себе рассказываешь? — вновь подняла на нее вопросительный взгляд.

— Следи за языком, малолетка, — Шейла начинала заметно нервничать от того, что я смела её дерзить. — И свали отсюда, как можно быстрее. Не советую со мной связываться. Проблем потом не оберешься.

— Я не имею желания утруждать себя даже этим разговором с тобой, — с губ сорвалась чистейшая правда. — Поэтому забирай своих шестерочек и проваливай. Свейте себе кобло на другой скамейке.

— Шлюха, — выпалила Шейла в мой адрес, сжав картонную чашку в своих руках. — Не удивительно. Отродье Олсенов не может быть иным.

Мои глаза округлились от того, какие слова она произнесла в мою сторону.

Я подавляла в себе дикое желание встать и отвесить ей звонкую пощечину.

Но именно этого она и добивалась - очевидно.

Выставить меня виновной на нейтральной территории. Ей не нравилось мое неповиновение.

Только она прогадала.