Дмитрий Державин и ведьмин глаз

— Но как бы там ни было, идти в логово лесной ведьмы, надеясь украсть её глаз — это чистое самоубийство даже для опытного волшебника, что уж говорить про ребёнка, — с тревогой в голосе сказала царевна. — Пусть даже снотворный эффект крови водяного известен с древних времён и широко применяется в волшебном сообществе, но можно ли усыпить ею Балагриссу?

— Ну уж с этим, мне кажется, вы сможете помочь. — Парцифаль, прищурившись, взглянул на царевну-лягушку. — Достаточно добавить в кровь водяного пару слезинок русалки и получим сильнейшее снадобье, способное за считанные секунды усыпить отряд великанов.

— А ведь и правда! — воскликнула царевна.

Она взмахнула магическим жезлом и сказала в открывшийся голосовой портал:

— Семён, у меня в темнице сидит водяной. Возьми у него пузырёк крови. А потом загляни к придворному алхимику. У него должны быть свежие слёзы русалки. Пусть приготовит мне сонное зелье. И если он вновь начнет причитать и рассказывать истории о вечно счастливых русалках и о том, что каждая их слезинка на вес бриллианта, напомни ему про то, что он учинил на прошлой неделе.

Я милостиво забуду, как он перебрал гномьей водки и пытался напоить меня приворотным зельем, если через полчаса у меня будет сильнейшее снотворное. Как приготовит, принесёшь мне его на опушку леса к озеру. Место ты знаешь.

— Слушаюсь, ваше величество, — раздался гулкий ответ и портал зарылся.

— Вот и отлично, леди Василиса, — улыбнулся Парцифаль.

Он повернулся к Димке с Витькой и твёрдым голосом сказал:

— Ну и конечно даже и речи быть не может, чтобы вы отправились к ведьме одни.

Я пойду с вами.

Царевна-лягушка удивлённо вскинула бровь и, глянув на рыцаря круглого стола, сказала с лёгкой иронией:

— Хм, а вот это многого стоит. Сэр Парцифаль редко кому предлагает свою помощь. Воин он непревзойденный, но в последнее время предпочитает биться только со своим книжным шкафом.

— Безропотно принимаю этот упрек из уст одной из самых прекраснейших леди наших семи миров. — Парцифаль отвесил царевне лёгкий поклон.

— Скажу лишь в своё оправдание, что уже давно не было достойной работы для моего меча. Вокруг одни мелкие дрязги и бесконечная грызня за власть. А спасение величайшего в мире волшебника — огромная честь для меня.

— Что ж, раз уж на то пошло, то и я с вами. Авось, чем и пригожусь, — сказала царевна-лягушка, обведя всех спокойным лучистым взглядом. — Завтра ровно в полдень на опушке у озера, где водяной пытался меня сфотографировать, я открою портал в Тёмный лес.