Дмитрий Коваль

Когда её в последний раз так бесцеремонно подсекали и опрокидывали навзничь? В детстве, когда бесились зимой с Олегом, с их компанией. Там мальчишки кидали в снег, и желательно по самую буйную головушку, чтобы выбираться потяжелее было.

Здесь Ирина упала в мягкую душистую траву. Абсолютно не колючую, не доставляющую дискомфорта.

Девушка не успела перевести дыхание, не успела понять, что произошло, как тяжелое тело Димы опустилось на неё сверху. Одной рукой он продолжал оберегать её затылок, вторую упер по левую сторону от её плеча.

Его глаза оказались очень близко.

И губы…

И дыхание.

Рядом.

Дима не целовал её. Смотрел. А у Ирины разжигался какой-то странный, даже пугающий огонь в груди.

Если бы её спросили в тот момент: чем она руководствовалась, когда потянулась к нему? Ира ответила бы, что чем угодно, только не благодарностью.

Она видела перед собой привлекательного мужчину. Жесткого. Властного. Так заложено природой. Самка всегда выбирает самого сильного. Никуда от природы не денешься.

И ведь он ей нравится. Дима. Есть в нем нечто притягательное. Опасное. Между тем, заглядываешь в посеребренные поволокой глаза, видишь своё отражение и тонешь в эмоциях.

Не в своих.

Она потянулась первой. Дима ждал.

Именно ждал. Смотрел и рвано дышал, отчего его плечи, казалось, становились ещё шире. Рук с них Ирина не убрала. Не хотела.

Она осторожно, не доверяя себе, дотронулась до губ Димы. Слегка обветревших, чуть шершавых. Пахнущих мятой и ещё чем-то, какой-то травой, Ирина не могла определить.

Ирина пошла дальше.

Дотронулась. Прикоснулась. Прижалась.

Да-а-а…

Видимо, внутри что-то лопнуло. Какой-то невидимый канат, что натягивался последнюю пару лет. Наматывался, захватывая чувства Ирины в плен. Сжимая их. А сейчас медленно, не желая сдавать позиций, трещал, лопался сразу в нескольких местах.

Ирина выдохнула и сильнее прижалась к Диме, пробуя его. Уже сама.

Пусть сегодня случатся они.

Потому что она хотела.

Чувствовать жар его тела…

Его обнаженную тяжесть…

Его всего.

Дима продержался недолго. Как только она провела языком по его губам, рыкнул и сразу же подался вперед, вжался в неё бедрами, вклиниваясь одним бедром между колен Ирины. Девушка ахнула. Лавина жара, что вспыхнула в трусиках, грозилась испепелить не только его, но и её.

Поцелуй мгновенно перерос в нечто большее. Они впились друг в друга, едва не кусаясь. Ирина впустила его язык себе в рот.