Дневник Бриджит Джонс

Вот мама обрадуется!

Я подумала было съехать вниз и ринуться по лестнице на исходный пункт, но поскольку спустилась всего на пару футов, то решила просто вскарабкаться наверх. Тут в ухе послышался нечеловеческий ор:

– Бриджит! Ты в эфире! Что ты, мать твою, делаешь? Ты же вниз должна съезжать, а не вверх ползти! Пошла, пошла, пошла!

Я истерически оскалилась в камеру, слетела вниз и приземлилась, как и было запланировано, рядом с ожидающим интервью пожарным.

– Люишем, время на исходе. Скажи пару слов и переключаемся! – проорал Ричард у меня в ухе.

– А теперь вернемся в студию, – произнесла я, и все было кончено.

Четверг, 28 сентября

«А теперь вернемся в студию» стало любимой присказкой у всех в конторе. Если кто-то не знает, что ответить на вопрос, то говорит: «Э-э… а теперь вернемся в студию», – и разражается диким смехом. Юные неформалы, как ни странно, стали со мной намного приветливее. Пачули (даже она!) подошла ко мне и сказала:

– Ты, это, ну, не обращай на Ричарда внимания. Он такой, ну, вечно на всех орет.

Ричард теперь либо совсем не смотрит в мою сторону, либо, будто не веря случившемуся, качает головой и никаких заданий мне весь день не дает.

О боже, как мне плохо. Я решила, что наконец-то нашла в жизни хоть что-то, что мне удается. А теперь все разрушено, и мало мне горестей, так надо еще тащиться на жуткий банкет в субботу, и надеть мне нечего. Ничего у меня не получается. Ни с мужчинами. Ни в общении. Ни с работой.

Воскресенье, 1 октября

В пятницу Джуд пришла спасать меня от депрессии, уговаривала смотреть на жизнь с оптимизмом и принесла свое восхитительное черное платье – чтобы я надела на банкет. Я заволновалась, что могу его порвать или заляпать, но она сказала, что у нее отличная работа, куча денег и платьев хоть отбавляй, поэтому ничего страшного, можно не беспокоиться. Обожаю Джуд. Насколько же мы, женщины, душевнее мужчин! (Том исключение, но он гомосексуалист.) К платью решила надеть черные колготки с блеском (шесть фунтов девяносто пять пенсов) и черные замшевые туфельки (картофельное пюре я с них оттерла).

По прибытии к дому Марка Дарси я испытала потрясение. Вместо узкого белого домика, стоящего в ряду себе подобных, который я ожидала увидеть (по слухам, где-то рядом живет Гарольд Пинтер), передо мной предстал огромный окруженный деревьями особняк, похожий на свадебный торт.

Да, Марк Дарси постарался для родителей на славу.