Дневник моего исчезновения

– Я говорил с руководителем бригады криминалистов, которые работают над нашим делом…

Манфред садится на стул, и тот скрипит под его тяжестью.

Он продолжает:

– Они изучили одежду Ханне, в которой ее нашли. Разумеется, обнаружили землю и растительные фрагменты, что неудивительно, она же блуждала по лесу целые сутки. Но они также сделали химический анализ и обнаружили следы таких веществ, как…

Манфред надевает очки, листает заметки, стряхивает крошки с губ большим и указательным пальцем и продолжает:

– …диоксид кремния, магнетит и уголь.

– Химия – не моя сильная сторона, – кривится Андреас.

Манфред вопросительно смотрит на меня поверх очков.

Я качаю головой:

– И не моя тоже, простите.

– Магнетит, или магнитный железняк, – это минерал черного цвета из класса оксидов, – поясняет Манфред. – Если я правильно помню, используется при производстве металла. Диоксид кремния – побочный продукт при производстве металла. А уголь… уголь – это уголь… твердое горючее вещество растительного происхождения…

Мы молчим.

– Что за хрень, – комментирует Андреас.

– Завод, – говорю я. – Ханне была на сталелитейном заводе.

Джейк

Утопая в снегу по колено, я тащу мопед вдоль стены красного кирпичного здания туда, где, как я знаю, есть дырка.

Протискиваюсь в нее и оказываюсь внутри. Тут темно и холодно. Глаза угадывают бетонные колонны и железную дорожку посреди цеха. Достаю из кармана согретый моим теплом мобильник.

От том, как она застукала меня в женском платье и с накрашенным лицом, Мелинда не упоминает.

Я знаю, что рано или поздно мне придется поехать домой. Но пока я не в состоянии. Не хочу видеть, как ей за меня стыдно. Посылаю смс, что буду спать у друга.

Где я сегодня буду спать, я пока не знаю. Во всяком случае, к Саге я поехать не могу, так как она меня ненавидит.

В машинном цехе темно, за станками прячутся тени. Шаги гулко стучат по бетонному полу. Цепи, свисающие с потолка, позвякивают, как будто за них дергает невидимая рука.

Заброшенный завод был единственным местом, куда я мог поехать. Дома я показаться не мог.

Я иду к столу бригадира и сажусь на грязный матрас на полу. Зажигаю свечу, открываю рюкзак, достаю банку колы и дневник Ханне.