Дни нашей жизни

Если честно, мюзикл понравился только Ване. А мы были слишком впечатлены его способностями, чтобы сосредоточиться на чем-либо еще. Когда в антракте Лев вдохновенно рассказывал Славе, какой Ваня талантище и как ему нельзя это в себе закопать, я понял: все остальное уже неважно. Ну какая разница, растопыривает человек локти за столом или нет, если он гений? В конце концов, гениям все можно!

Так у меня появился младший брат.

Нянь

Ване доставалось от Льва намного сильнее, чем мне. Иногда мне даже было его жалко.

Лев устроил ему настоящее армейское воспитание: сколько раз за день Ваня косячил, столько раз в конце дня он должен был отжаться. Для меня это звучит не страшно: я бы с такими правилами отжимался раз в неделю, не больше. Но иногда число Ваниных промахов доходило до пятидесяти в день.

Промахами считались двойки, невыполненное домашнее задание, побег с уроков, прогул, замечание в дневник, драка, оскорбление окружающих, хамство – и это только в школе. Дома ему нельзя было ничего брать без разрешения, он должен был мыть посуду, помогать мне с уборкой, выполнять домашнее задание, вешать одежду в шкаф, а не раскидывать ее по комнате, ставить обратно на свое место все, что взял.

Ну и еще куча разных мелочей вроде мытья рук и нерастопыренных локтей за столом. Курение, алкоголь и мат карались особыми санкциями – тридцатью отжиманиями за каждое.

По вечерам, когда из соседней комнаты доносились плач, всхлипывания и жалобы «Я больше не могу», у меня побаливало сердце.

Зато Лев был непреклонен, как какой-то командир. Говорил сухо и спокойно:

– Если коснешься пола – начнешь заново.

Слава говорил Льву, что это зверство какое-то, а Лев отвечал, что требует с Вани ровно столько, сколько тот действительно может выполнить. Справедливости ради стоит отметить: Лев всегда отжимался вместе с ним, так Ване было легче продержаться до конца."

"А еще Лев сказал, что если Ваня проведет весь день без замечаний, то его будет ждать вознаграждение.

Правда, не сказал, какое именно. Ваня очень старался, но некоторые вещи были для него просто невозможны – ну как можно что-нибудь не стянуть в школе, если оно лежит на парте без присмотра? Или как не обозвать того, кто случайно наступил тебе на ногу? Короче, Ване предстояло еще долго терпеть такое домашнее воспитание.

Вскоре эти методы воспитания коснулись и меня, чтобы Ване не было обидно отдуваться одному.