Один раз какое-то гиперответственное существо, притормозив на бегу, непонятно гаркнуло на Натку:
– Чего ты?!
Но тут же рация на его боку точно так же вопросительно рявкнула: «Саня, где ты?!» – и существо, емко выругавшись, унеслось.
Потом, сердито сопя, притопала какая-то загадочная личность в блестящих очках. Та – или тот – даже остановилась и некоторое время взирала на Натку, озабоченно пыхтя и перекладывая голову с плеча на плечо, словно от ракурса могла поменяться видимая ей картина с Наткой на переднем плане.
Секунд через тридцать – Натка уже начала волноваться – загадочный некто созрел для диалога и попытался начать его:
– А что…
– Так, все вопросы к Антонио! – резко перебила его Натка.
Голос ее прозвучал как надо: хрипло и нервно, и очкастый от нее тут же остал.
Девушка Настя, третий помощник второго режиссера, не соврала: с Халатовым студийные старались без крайней необходимости не связываться.
За шоу, съемки которого шли уже полным ходом, Натка следила вполглаза.
Ее внимание по большей части привлекал Максим Романовский, появившийся на студийном диване под софитами в самом начале программы. Тему ее Натка усвоила в самых общих чертах: речь шла о том, что газовый гигант нещадно душит отечественного предпринимателя.
Романовский как раз и олицетворял гиганта-душителя. В одиночку отбиваясь от нападок на всю компанию, он волновался, сердился и потел. Реально ведь отдувался за целый «Промгаз»!
А Натка хищно и с вожделением взирала на капли пота, проступающие на красном затылке Романовского.
Взирала – и ждала…
И дождалась!
– Антонио, ты размазал глаз! – с ужасом вскричала дама-режиссер, чей голос (разумеется, хлиплый и нервный) транслировался в студию как глас с небес. – Камеры, стоп, девочки, поправьте Тони правый глаз, живо, живо! И лоб ему протрите, он блестит!
Деловитые нервные девочки с пуховками и палетками налетели на замершего Халатова целой стаей, закружили его, развернули, установили в позе мультипликационного Пятачка, напряженно интересующегося, собирается ли дождь, – шея вытянута, лицо запрокинуто, глаза прищурены, сразу видно, что решается жизненно важный вопрос…
В этот ответственный момент лишь один человек в студии телешоу «Посидим, поговорим!» не смотрел на Халатова, и этим исключением была, конечно, Натка.
