Ошиблась: в редакционный материал была аккуратно интегрирована откровенно рекламная информация многопрофильной медицинской клиники, которая никак не звучала в ходе судебных слушаний. Зато именно в эту клинику, когда у нее возникла такая необходимость, обратилась за анализом ДНК на отцовство родная сестра судьи Кузнецовой – Наталья. Далее шел небольшой хвалебный текст от лица моей ушлой сестрицы – мол, клиника просто супер, специалисты мегапрофи, иметь с ними дело сплошное удовольствие – все делают быстро, качественно и недорого.
– Вот почему ей дали специальную цену на анализы, – поняла я. – Ну Натка… Это же натуральная спекуляция моим именем и положением!
И я потянулась к телефону, а Говоров, пытаясь меня успокоить, проворковал:
– Да что такого, Лен, это же сущая чепуха!
– Сказал прокурор, который только что размахивал удостоверением, – сердито напомнила я.
Никита замолчал, а Ашот, настойчиво пытаясь поймать мой взгляд в зеркале заднего вида, горячо заговорил:
– Вай, подумаешь, на инвалидское место чуть-чуть запарковались, клянусь, всего одним колесом на него заехали, это разве нарушение, э?
– Э! – с аналогичной интонацией и напором произнесла я в трубку.
Но услышала в ответ не Наткин голос, а Сашкин.
– Мам, ты чего? – озадачилась дочь. – Если тебе теть Наташа нужна, то попозже перезвони, она сейчас не может разговаривать.
– Да неужели? – рассвирепела я. – И чем же она так занята? Дает интервью очередной газете?!
– Нет, просто рыдает!
– Опять? – Я сбросила обороты. – С чего на этот раз? Что опять случилось?
– Ой, да много чего… Сейчас, подожди, она сама тебе расскажет.
Далеко в Москве телефонная трубка перешла из рук в руки, и мягкий, разнеженный, с придыханиями и всхлипами голос Натки протянул:
– Ле-е-е-ена…
– Я уже… довольно много лет Лена, – ответила я, вовремя проглотив конкретную цифру: не пугать же лишний раз Говорова. – Ты почему ревешь? Что у тебя опять?
– Маши-ы-ы-на…
– Что «машина»? Ты попала в аварию?! О какой вообще машине речь?
– Ты не поверишь – о прекрасной новой «Тойоте»! Белой, как подвенечное платье! Новой, как… как… я не знаю…
– Как собственно невеста, – досадливо подсказала я.
– И что там с этой белой «Тойотой», почему ты ее оплакиваешь?
– С ума сошла? – сестрица перестала нюнить. – «Оплакиваешь»! Да типун тебе на язык! Сашка, не лезь!"
"– Мам, давай я тебе вкратце изложу суть событий, а то ваш разговор затянется до бесконечности, а мне нужно, чтобы теть Ната котлеты дожарила, – деловито протарахтела моя дочь.
