Днк, или внебрачная дочь монстра

Дрожащими руками кое-как достала бутылочку с водой из сумки и дала попить своей малышке.

— Что, хорошо? — испуганно переспросила у него, так как он молчал, а лишь следил за мной, за Дианой и за нашими действиями.

— У меня есть друг в больнице, – сказал он. – Он быстро проведёт тест. Я позвоню ему прямо сейчас и… назначу встречу.

Не поверила своим ушам.

Он снова нажал кнопку лифта, и теперь, мы поехали наверх.

— Когда вы сами убедитесь, что этот ребёнок не от меня, то вы будете вынуждены…

— Что? — напряглась от его слов.

Его взгляд заскользил по моему телу, он криво ухмыльнулся и произнёс:

— Впрочем, нет. Вы совершенно не в моём вкусе.

От его гадких слов вспыхнула как спичка и почувствовала, что густо покраснела.

— Когда вы узнаете, что Диана – ваша дочь, то прошу вас сделать только одно — оплатите ей операцию. Потом мы навсегда исчезнем из вашей жизни.

— Если это так, то исчезнуть придётся только вам, — произнёс он с коварной ухмылкой.

Заранее уверенная в результатах тестирования, я громко сглотнула и подумала: «Неужели, Севастьянов станет добиваться полной опеки над Дианой?»

Живот скрутило от нехорошего предчувствия.

«Я считаю себя матерью Дианы, хоть родила её не я».

Несмотря на свой внутренний раздрай, страх и антипатию к этому человеку, которую он вызвал буквально за считанные минуты, я всё же нашла в себе силы, благодарно ему улыбнуться и сказать:

— Благодарю вас, что согласились на тест, Макар Демидович. И ещё раз хочу попросить у вас прощения, что так неожиданно я и Диана ворвались в вашу жизнь и повторюсь, что если бы не ситуация, то я… никогда бы не пришла к вам.

Под шокированным взглядом секретарши, которая буквально уронила свою вставную челюсть на пол, мы вернулись в кабинет Севастьянова.

Охраны уже не наблюдалось.

И вот снова, мы оказались в его кабинете.

Диана уже откровенно изнемогала, ей хотелось кушать и спать.

— Солнышко моё, сейчас…

Пока Севастьянов звонил своему другу и договаривался «о встрече», я достала молочную смесь, и удобно расположив малышку у себя на коленках, начала её кормить.

Севастьянов завершил разговор и завороженно глядя на то, как малышка кушает, странным тоном произнёс:

— Я помню Светлану. Высокая, длинноногая блондинка.

— Да, — кивнула его словам. — А это Диана – её дочь.

«Значит, между ними и правда была близость».

— Ты не похожа на свою сестру, — заметил он.

— Я пошла в маму, а Света – в отца, — пояснила ему. — Хоть я и не помню родителей. Они погибли.