— Почему? — выдохнул мне в лицо, — Почему ты не сказала? Почему, Нютааа? Почему ни разу не говорила? Зачем скрыла…
Слезы застилают мне глаза, почувствовала его губы на своих и вздрогнула всем телом, замерла, всхлипывая ему в рот, ощущая, как сжимает мое лицо пальцами. А он вдруг отстранился…
— А ДНК? С ним как?…Почему не я? Боже, Аня, я сейчас с ума сойду…я же убью тебя если ты опять лжешь!
Тряхнул изо всех сил и рывком к себе прижал.
— Не знаю…сделай еще одно. Лживое оно. Не настоящее. Подделали.
— Все три? — а сам слезы мои вытирает и прижимается лицом к моим волосам.
— Хоть десять, Егор. Хоть тысячи. Я знаю. Я тебе говорю — твоя Маша. Твояяяяя! Слышишь, подонок ты проклятый? Твоя онаааа!
И о со стономн накрыл мои губы своими, и я не поняла сама, как с отчаянным стоном поцеловала его в ответ, выдыхая рыдание ему в рот. В волосы вцепилась,"
"прижимая к себе, чувствуя вкус своих слез. Оттолкнула, а он снова к себе прижал.
И я с отчаянной пульсацией в груди чувствую, насколько жива сейчас. Именно в эту секунду.
Хочется вырваться, сопротивляться, ударить его и в то же время никогда не разжимать рук. Смотрю на его лицо сквозь слезы и мне хочется орать так чтоб горло болело. Пусть этот день сгорит в моей слабости, пусть он потом разъест меня серной кислотой стыда и разочарования, но я не могу больше сопротивляться. Я … я так ужасно скучала по нему по моему мужчине…по единственному и до безумия любимому. Сегодня гордость пусть корчится в агонии и умирает где-то там в углу отброшенная моими дрожащими пальцами подальше.
А он меня опрокинул навзничь поперек постели, словно не было между нами ничего несколько минут назад. Словно он снова от голода весь трясется. …Вцепилась ему в плечи, пытаясь оттолкнуть… и Егор отпрянул, всматриваясь мне в лицо.
— Такое не прощают… — едва слышно сказала и снова почувствовала как слезы из глаз потекли.
— Не прости меня, когда я смогу тебе верить…не прощай меня завтра, Аня, и послезавтра. Я и сам не прощу.
И снова губами к моим прижался.
— Я так соскучился по тебе, девочка моя маленькая…соскучился до безумия.
Стягивает с меня остатки одежды, прижимая всем телом к постели. И мне кажется, что он прав…я не прощу его потом. Позже. Всегда был таким…ненасытным, сумасшедшим любовником. Таким что тело после него ломило и саднило от сладкой боли.
Я забыла каким он был со мной раньше. Успела забыть за эти годы, а он нагло мне напоминал. После утоления первой дикой потребности теперь жадно ласкал мое тело.
