И еще — когда я выйду отсюда, чтоб здесь уже никого не было. Пусть музыку включат погромче и вышвырнут всех до единого, всех блядей и их мудаков на улицу. Хозяина и его упырей сложи для меня где-нибудь в сторонке, я к ним наведаюсь завтра, когда появится время. И чтоб ни одна тварь не смылась. Отвечаешь за это лично, Боря.
Спрятал сотовый обратно в карман с удовлетворением, глядя как округлились ее глаза и слегка приоткрылся в ужасе рот. Да, маленькая, я теперь нечто другое. Далеко уже не тот лох, которого ты развела так умело и так быстро.
— Больно? — потрогал скулу и нащупал шишку сбоку на ее лбу. Ублюдки видать приложили ее головой о стену. Завтра линчую каждого.
— Тебе какое дело? — и слезы злые продолжают в глазах блестеть.
— Верно. Никакого. Раздевайся. Я хочу видеть тебя голой. По кругу не пустят. Я жадный, Нюта, ты разве забыла? Я буду пользовать тебя сам.
Не раздевается, смотрит на меня, тяжело дыша, слезы не катятся, они застыли в глазах, и я готов ее за них ударить сам. За слезы отвращения и гадливости от понимания, что я увижу ее раздетой.
Да, мне можно ее наказывать. МНЕ можно делать с ней все что угодно. Но ни одна мразь не может тронуть ее и пальцем.
Рванул на ней блестящий топик и задрожал всем телом увидев ее голую грудь. Тяжелую, упругую с темными резко очерченными сосками. Как же мне нравилось всегда смотреть на ее грудь. Где-то вдалеке раздавались крики и звуки ударов, они просачивались даже сквозь громкую музыку.
— Будешь насиловать? Теперь ты способен даже на это?
Выплюнула мне в лицо, вздернув подбородок и тяжело дыша.
— Возможно…но не сейчас. Не здесь, Аня. Здесь ты обслужишь меня так, как обычно обслуживают в вип комнатах. Или ты не попадешь сегодня домой, а может не попадешь туда и завтра.
Прихватил ее волосы и застонал от того как заскользили тугие локоны между пальцами. Сильно сжав, вынудил ее опустится на колени и усмехнулся, увидев ужас в ее глазах.
— Что такое, память действительно отшибло? Или я плохо тебя промотивировал? Раньше видать было лучше, когда ты собиралась стать мадам Шумаковой тянулась к ширинке сама и рот открывала, едва я его вытаскивал.
"
"Потянул за змейку, задыхаясь от вида ее голой груди и широко распахнутых глаз. Бляяядь, я готов был спустить только от того, что ее соски сжались от холода и страха. Нет, я не собирался трахать ее в рот, я вообще не собирался ее трахать в этом месте, но я хотел увидеть, как исказится от унижения ее кукольное лицо.
