— Где мы находимся?
— Это не имеет значения.
— Вы наша тюремщица? Как много он вам платит за это? И часто он сюда возит своих любовниц?
— Ваши вопросы грубые и некорректные.
Она издевается? Мои вопросы должны быть еще и корректными, когда меня заперли вместе с ребенком в каком-то особняке и не дают мне отсюда выйти? Если бы я была здесь одна я бы вырвала ей волосы, но я слишком боюсь за Машу.
— Я хочу позвонить.
— Это не мне решать.
— Тогда пусть он решает это сейчас я не намерена ждать до утра. Позвоните ему сами.
— Я не могу вам ничем помочь. Хозяин приедет завтра, и вы выскажете ему все ваши претензии. У меня нет его номера и я с ним не связываюсь.
Она шла впереди и позвякивала связкой ключей словно настоящая ключница, а меня не покидало ощущение нереальности происходящего и в тоже время полное понимание что вот этот весь бред отныне и есть моя реальность и как мне в ней защитить Машу я понятия не имела.
Осматриваться в этом неуютном, чужом доме, явно снятом для нас или купленном на спех я не собиралась.
Мне было неинтересно в какую золотую клетку нас притащили. Я бы все на свете обменяла на возможность вернуться к себе домой. Хотя надо отдать должное детская комната была здесь очень красивой как с журнала. Но я не думаю, что Егор ее видел. Я вообще не думаю, что он бывал здесь когда-либо. От стен и в воздухе пахло так словно дом пустовал очень долгое время. Я уложила спящую Машу в кровать, стянула с нее обувь, кофту и прикрыла одеялом. Ложиться спать в этом месте я не собиралась.
Но от чая. Который принесла Регина я не отказалась. Мне нужно было привести мысли в порядок и согреться. Меня до сих пор лихорадило.
А еще я собиралась дождаться утра и выцарапать глаза этому ублюдку. Я собиралась сказать ему все что думаю о нем и послать его к такой-то матери. Он не имеет права так со мной поступать. Никакого морального права. Я перед ним ни в чем не виновата и если он хочет мстить, то пусть подождет пока вырастет Маша и мстит мне сколько угодно. Пусть сводит счеты со мной лично.
А перед глазами снова стоит его лицо с циничной ухмылкой на губах и рядом лицо этой Лены. Холенная, ухоженная, с ровной золотистой кожей и томными темными глазами с влажным блеском.
Я ее ненавидела…даже сейчас спустя годы я дико ее ненавидела и была уверена, что она спала с Егором, когда мы были еще женаты и несомненно спала с ним до этого.
Выйдя из спальни я все же прошлась по узкому коридору и толкнула первую попавшуюся дверь.
