— Просто хочу, — ответила она и запихнула в себя пару виноградинок.
— Ксюша, это прожитая глава твоей жизни! Её надо закрыть и дать возможность появиться другой!
Глаза Ксюши наполнились слезами.
— А я не могу! Я всё так же люблю его, и ничего с этим не поделать…
— Но ведь его больше нет!
— Он живёт в моём сердце, в моей голове, в моих воспоминаниях, в моих снах… Я до сих пор не могу осознать тут, — она коснулась груди, где располагалось сердце, — что его больше нет…
Катя с сочувствием посмотрела на сестру.
От её страданий у неё сжималось сердце, но хуже всего было то, что она не знала, как ей можно помочь и, вообще, реально ли это. В голове пронеслась мысль, что, возможно, кладбище и его могила даст ей то логическое осознание конца их истории, которое, может быть, подт олкнёт её к новой жизни без него.
— Вернёмся — начнётся другая, интересная жизнь — универ, новые знакомства, и у тебя всё наладится! — попыталась воодушевить её девушка.
Ксюша посмотрела на сестру пустыми глазами. Она не была так оптимистично настроена по поводу предстоящей учёбы, а жизнь без него её вообще мало интересовала.
Ксюша молча шла рядом с Катей с моря и почти не слушала её бесконечные истории, которые, по мнению сестры, должны были отвлечь её от грустных мыслей. Совершенно случайно она посмотрела на небольшую вывеску на стене старого дома и остановилась как вкопанная, прочитав:
— Ясновидящая.
Катя остановилась и обернулась.
— Ты чего?
Она поймала взгляд Ксюши и тоже прочитала вывеску.
— Ксю, ты с ума сошла?! Это же шарлатаны!
Но девушка уже не слышала её и быстрым шагом направилась в ту сторону, поэтому сестре не оставалось ничего, как последовать за ней. Ксюша, войдя в калитку, мгновенно пересекла двор и целеустремлённо пошла к дому. Катя прибавила ход, чтобы не отставать от неё. Ксюша отворила дверь и, войдя без стука, оказалась в небольшом помещении тамбура, в котором стояла кушетка, а на стенах висела какая-то информация, и не раздумывая постучала в дверь.
Не дожидаясь ответа, она вошла, Катя вошла следом. Комната была небольшая, тёмная из-за бордовых обоев и зашторенных такого же цвета портьер на окнах. В ней было много странных картин и полок с весьма неприятными и даже пугающими фигурами. Посреди неё располагался массивный коричневый стол, на котором по центру стоял большой прозрачный шар, лежали карты и какие-то другие непонятные ей вещи.
