Цепляясь за любой призрачный шанс, она вспомнила о своём предположении, что Артём может быть биологическим отцом Тёмы и тогда есть вероятность, что их фенотипы схожи достаточно для того, чтобы он мог стать донором для него. Она понимала, что даже при благополучном стечении перечисленных факторов операция могла не принести ожидаемых результатов, да и побочные действия могли быть очень серьёзными, но она не думала сейчас об этом. Она просто не выдержала бы, если бы мучила себя подобными мыслями. Она просто пыталась решать проблемы по мере их поступления.
Найдя в лице сестры невероятную поддержку своим планам, Ксюша воспряла духом и молилась, чтобы ещё одна надежда не разлетелась вдребезги.
Катя провернула махинацию в получении генетического образца Кости, не ставя его в известность, однажды угостив мороженым на палочке и отнеся образец на экспертизу. Потянулись мучительные дни ожидания, и вот теперь, чтобы узнать правду, оставалось только пережить эту ночь.
12 августа
Ксюша проснулась от тихого плача сына и, подняв глаза на часы, поспешно встала и подошла к нему.
Он был весь мокрый от пота, и она, вытащив его из кроватки, понесла на пеленальный столик, чтобы переодеть. Она посмотрела в его голубые глазки и улыбнулась.
— Тёмочка…
Мальчик улыбнулся ей в ответ, и сердце защемило.
— Я так люблю в тебе твоего отца! — прошептала она, любуясь его милым личиком и подмечая в нём такие дорогие её сердцу черты Артёма.
В её глазах заблестели слёзы, но она сдержала себя. Как бы ни было грустно на душе, как бы ни скребли её сердце чёрные кошки, она никогда не плакала при нём, она всегда улыбалась ему и передавала свой позитивный настрой, считая, что малыш всё чувствует и для него это очень важно.
Закончив с переодеванием и поменяв ему постельное бельё, она уложила его и пошла готовить кашу в бутылочку."
"Капнув на руку капельку и убедившись, что она оптимальной температуры, девушка поднесла бутылочку к его губам.
Мальчик вяло принялся сосать соску, а выпив половину, вообще отказался есть. Она вытащила его из кровати и, подняв столбиком, прижала к себе, чтобы из него вышел воздух, но его стало рвать, и она даже не успела поднести его к раковине.
Последнюю химиотерапию Тёма переносил особенно плохо — он был слаб, вял, его часто рвало, и Ксюша чувствовала, что сама начинает сдавать и поддаваться панике.
