Вторил шуму воды. Если бы в ванную зашёл посторонний, он бы ничего не услышал, как и тот, кто мог следить за нами через камеру.
— Первый – мужчина со шрамом. Но он бывает тут редко. Второй – Сильвер. Это страшный человек. Его боятся все, даже Вас.
— Вас?
— Старший охранник. Его зовут Василий, но все здесь называют его Вас. Если Сильверу что-то не понравится, церемониться он не станет.
— Сильвер…"
"Сабина принялась намыливать мой живот. Я инстинктивно отодвинулась от неё. Руки её замерли, с тонких длинных пальцев на бедро мне упал клочок пены.
Прикосновения. Как же я ненавидела это! Я почти забыла, как ненавижу, когда меня касается кто-то, кроме Алекса. Почти. Женские прикосновения… Только один раз в жизни я допустила это. И сама себе поклялась – никогда больше. Но сейчас мне нужно было терпеть. Наши с Сабиной взгляды встретились. Я чуть заметно кивнула.
— Это его настоящее имя? – спросила, когда она продолжила.
Могла бы попытаться спрятаться на нашей яхте у берегов Майорки или в детской, возле постели Надии.
Или ещё где-нибудь, лишь бы не реальность, лишь бы меня не трогали. Не чувствовать. В моей жизни был, есть и будет только Алекс. Только его руки и губы. Но прятаться мне было нельзя, тем более что прикосновения девушки с миндалевидными глазами были совершенно обезличенными, а сама она – мой единственный шанс хоть что-то узнать.
— Вряд ли, — очень тихо сказала она. – Никто из нас не знает, как его на самом деле зовут. Зато все знают, что его нужно бояться. Одного его слова достаточно, чтобы решить судьбу любой девочки.
По коже прошёл мерзкий холодок. Не спасала даже тёплая, почти горячая вода. Я очень хорошо знала, как это бывает. И много раз сталкивалась с такими вот вершителями судеб. Один взгляд, один неверный выдох и всё.
— Ты его сразу узнаешь, — Сабина смыла пену с моих ног. Приподняла голову. – У него в глазах серебро. Как увидишь… — омыла мои колени. – Лучше молчи при нём. И делай, как он говорит.
Серебро… Я знала только одного мужчину с серебром в глазах.
Временами оно обретало опасный стальной блеск, временами было чернёным. Серебро, пронизанное всполохами молний…За то, чтобы этот мужчина оказался здесь, я бы отдала многое. Сердце заныло, душа забилась птицей при мысли о его больших тёплых ладонях, об утренних поцелуях в плечо. О чувстве защищённости, которое я испытывала только рядом с ним.
— Как тебя зовут?
— Берта.
— Хорошо.
Она подала мне мочалку, а сама взяла высокую банку в форме цветка.
