Обряд очищения огнем сначала тебе пройти придется, – заявил он на полном серьезе. – Будешь русской Жанной д’Арк! А пока – лежи и не рыпайся! Поняла?! – В глазах Николая засветился огонь злорадного торжества. – Поняла, сучка?!
– Ага… – И я слабо кивнула.
– То-то же!
Техник наклонился, собираясь взять молоток. Я взглянула вниз и увидела, что он стоит в кругу размотавшейся веревки. Лежа на полу, я сильно дернула за конец каната, и (о счастье!) это сработало. Николай рухнул лицом вниз как подкошенный.
– Нос… сучка, ты мне нос сломала! – завопил он.
– Кровь… у меня кровь течет из носа… Все должно быть не так, совсем не так! У меня важная миссия…
Я вскочила на ноги и прыгнула ему на спину, не давая ему возможности подняться. Мазуров брыкался, ругаясь благим матом. Сидя на нем верхом задом наперед, я быстро связала его ноги. Встала, заломила ему руки за спину и скрутила потуже.
– Ну вот, Коленька… и все. Апокалипсиса сегодня не будет. Ты ошибся!
В ответ я услышала парочку крепких выражений. Я взяла свою сумку и достала включенный мобильник:
– Наталья Петровна, вы меня слышите?
– Танечка, родная моя, ты жива?!
– Жива, – подтвердила я.
– Вы все слышали?
– Не все, кое-что, но вполне достаточно, чтобы понять – ты попала в беду, и ее причина – Олин техник!
– Надо бы «Скорую психиатрическую помощь» вызвать…
– Я уже ее вызвала! Я у входа в Дом быта ее караулю… Так, не поняла: почему-то сюда подъехала полиция… похоже, это спецназ. Я их не вызывала…
– Это я их вызвала, – услышала я знакомый голос.
Он принадлежал Баутиной.
* * *Ребята из группы быстрого реагирования появились на чердаке минут через пятнадцать после того, как я связала по рукам и ногам нашего шизофреника. Они взлетели сюда, как вихрь, и выстроились в ряд с автоматами наготове.
– Все нормально, мальчики, – сказала я, указав на стреноженного психа. – Он уже не опасен. И вообще, он не ваш клиент. Ему отсюда не в СИЗО, а в психушку придется поехать. Больной он, на всю голову.
– Я посланник рока! Немедленно развяжите меня! Не мешайте выполнению высшей миссии!!! – дико вращая глазами, выкрикивал Мазуров, подтверждая тем самым мое заявление.
Бригада «Скорой психиатрической помощи» прибыла минут через пятнадцать. Все, что происходило потом, я запомнила плохо – дали знать о себе нервное напряжение и сильная боль в затылке.
Глава 13"
"Я проснулась, взглянула на часы – было около полудня – и вскочила с постели с мыслью о том, что опоздала на работу. Мне не стоило делать таких резких движений.
