До самой смерти

Я поворачиваюсь спиной, чтобы намазать тост маслом, а на самом деле – скрыть удивление.

– Дебора предложила бинго. Представляешь, я никогда не играла! Сейчас, конечно, все играют онлайн, но указывать в интернете номер карты наверняка небезопасно. К тому же у клуба Деборы есть филиал неподалеку.

– Бинго? – переспрашиваю я. Вышло ужасно невежливо, и я торопливо добавляю в страхе, что Дебора обидится: – Прекрасная идея! Почему бы нет? Мама, тебе наверняка понравится. Мы вас подвезем.

– Хорошо, дорогая! – Мама с довольным видом подвигает мне банку с джемом, словно делает решающий ход шахматной фигурой.

После совместной прогулки, завершенной чаем с топлеными сливками, они отправляются играть в бинго. Адам считает, что это прекрасная затея… где-то до без четверти двенадцать. К тому времени я мечусь по гостиной, как родитель загулявшего подростка.

– Вдруг они попали в аварию?

– Перестань, Бет! Они взрослые люди. В полном здравии. Наверное, пошли выпить.

– Мама не пьет! Телефонов у них с собой нет! Что-то случилось!

Адам предлагает посмотреть поздний фильм, чтобы отвлечься, но когда время переваливает далеко за полночь, и сам начинает поглядывать сквозь занавески.

– Давай позвоним в бинго-клуб! – предлагаю я. – Хотя он наверняка давно закрылся! Не надо было соглашаться, чтобы они возвращались на такси!

Адам прислушивается – на улице тарахтит мотор, мы выглядываем в окно и видим, как к дому сворачивает большой черный автомобиль.

– Вот видишь! – с плохо скрываемым облегчением восклицает Адам.

Он берет газету, готовясь притвориться, что спокойно читал. Я дала маме ключ, чтобы она не будила детей звонком. Как ни странно, ключа в замке не слышно. Проходит несколько минут, раздается легкий стук в дверь, я бегу открывать – на пороге Дебора, красная и взволнованная.

– Нам нужна помощь! – говорит она, глядя большими глазами мимо меня – на Адама, который появляется за моей спиной.

– Что случилось? Что с мамой? Она поранилась?

Мы видим, как таксист пытается вытащить из машины мою маму, и до нас постепенно доходит ужасная правда.

– Приве-ет! Доченька моя! – тянет она и взмахивает рукой так, что сумочка описывает полный круг и бьет ее по затылку. Мама поднимает глаза к ночному небу и озадаченно бормочет: – Это птица? Бет, на меня напала птица!

Адам спешит на помощь таксисту, на которого мама всем весом опирается.