Ему нравилось выражение, что двое понравившихся людей могут делать за дверью спальни, что угодно, главное – по обоюдному согласию. И даже, если их будет трое – выбор каждого.
Поэтому к прежним партнерам своих любовниц и к их количеству был равнодушен.
Но тут же его развели! Обманули. И назревал закономерный вопрос – что скрывала Настя и для чего?
Может, и не скрывала. Просто он ей перестал верить. Разом.
И уже никогда не поверит.
И произошедшее событие, теракт, ничего не менял в этом плане.
Но пусть с ней всё будет хорошо… Значит, и с его ребенком – тоже.
Дорога до больницы казалось бесконечной. Люди… крики… полиция со спецназом… Всё смешалось.
В переполненной больнице было не легче.
Но их уже ждали. Почему-то Зареченского подобный факт не удивил. Если его жену не транспортировали, значит, или она находилась в критичном состоянии, или ждали конкретно его приезда.
Мать вашу… Иногда Зареченского выбешивало подобное отношение. Он с детства привык, что его фамилия производит на людей определенное действие.
Порой нравилось, порой – нет. Точка кипения случалась и с ним.
– Михаил Николаевич?
Симпатичная медсестра сразу же кинулась в его сторону.
Вместо того, чтобы ассистировать в операционной или в перевязочной…
Досада полоснула по сердцу. Михаил сжал губы и прищурил глаза.
– Да."
"– Пойдемте, пожалуйста, со мной. Я вас провожу к врачу.
– Что с моей женой и ребенком?
– Они живы. По остальным вопросам – к врачу.
Игнат с ребятами остались позади, осматривая территорию.
Давно не крашеные коридоры, с облупленными во многих местах стенами. С лавками, пусть и заново обшитыми, но явно неудобными, сейчас занятыми пострадавшими, которым уже оказана помощь, и их родственниками. А так же следователями и психологами.
Михаилу приходилось бывать в муниципальных больницах, но не в качестве пациента, а в качестве спонсора. И его всегда удивляло – куда, черт возьми, девались деньги? Он искренне считал, что профессия врача достойна уважения и всякой похвалы, но порой и его воротило от спекулятивности работников медицины.
Его проводили в кабинет заведующего хирургическим отделением.
– Добрый день, Михаил Николаевич. Василий Аркадьевич Игнатов.
– Рад знакомству.
Врач явно не спешил к больным, которым нужна была его помощь.
– Что с моим ребенком и женой? – повторил вопрос Зареченский, начиная раздражаться.
Он не собирался вести долгие разговоры.
Врач это понял.
– Сейчас состояние Анастасии стабильное.
