Они молча спустились вниз, прошли огромный холл, который ещё месяц назад Настя заново обставляла по своему вкусу.
Михаил давал ей добро на любую прихоть. На любое желание. Что угодно для неё… Весь мир к её ногам."
"Стоп, Зареченский, угомонись. Не накручивай себя.
Настя шла в метре от него. Иногда в ней просыпалась природная осмотрительность, и она точно знала, когда не следует перегибать палку в отношении его. Вот как сейчас. Только какого она всё равно намеревается поехать с ним?
Их ждал Артем – личный водитель Михаила.
– Доброе утро.
– Доброе.
– Привет, Артем, – Настя сдержанно улыбнулась.
Артем вопрошающе посмотрел на Михаила, последний кивнул, и тот открыл перед Настей заднюю дверь бронированного автомобиля.
Михаил не поинтересовался, куда направляется его жена. Ему всё равно. Приедут в офис, высадит её там.
Они плавно тронулись, не прошло и двух минут, как Настя нажала на кнопку, и звуконепроницаемое стекло отделило их от Артема.
Михаил иронично приподнял брови. Он сидел, расстегнув пиджак и откинувшись на сиденье.
Ждал. Он знал, что Настя не просто так с ним напросилась. Бестия что-то задумала.
Интуиция его не подвела.
– Что хочешь сказать, милая? – он начал первым.
– Я не дам тебе развода, Зареченский.
– О, как.
– Да.
– И с чего такие перемены? Вчера ты была согласна.
– Я передумала.
– А как же отступные? Мало стало?
Он говорил с легкой ленцой, не напрягаясь.
У него сегодня запланирована важная встреча, и идти на неё на взводе он не собирался. От холодного расчета во многом зависит, как пройдут переговоры.
Уступать первенство сопернику не в его правилах.
Настя тоже перешла в разряд соперников.
Зареченский криво усмехнулся, затаился.
Ему даже стало интересно, что на сей раз придумает его женушка.
– Я люблю тебя и не буду с тобой разводиться, – в тон ему ответила Настя, смело взглянув в глаза.
– Надо же… Любит она меня. Как интересно, – Зареченский говорил без эмоций. Перегорел? Вряд ли. Видимо, ему, наконец-то, удалось взять эмоции под контроль и желание сомкнуть ладони на тонкой шее лживой твари у него больше не возникало.
Хотя…
– Люблю, Минька, люблю.
А вот это было её ошибкой.
– Ещё раз назовешь меня Минькой – вышвырну на ходу.
Он не шутил.
Настя открыла рот, чтобы возразить, но, натолкнувшись на полный ненависти взгляд, ощутимо притихла. Даже голову втянула в плечи и чуть подалась назад.
Заметив её движения, Михаил саркастически фыркнул:
– Боишься? Правильно и делаешь.
– Зареченский, перестань меня пугать.
