До встречи в СССР! Империя Добра

Ныне коммунизм многие «интеллектуалы» снисходительно называют «утопией». При этом они исправно ходят в церкви, костёлы, кирхи или молельные дома. Ныне многие — оправдывая собственную подлость, слабость и мелкость души — взахлёб заявляют, что Царство Божие на Земле невозможно!

Но оно ведь не только возможно!

Неизбежно и потому, что если человечество не начнёт практически, ежедневно жить по любви и справедливости, то оно достаточно скоро самоистребит себя. Не в пожаре ядерной войны, а посреди планетарной помойки, на которой догниют и тело, и дух человека.

Чтобы понять это, истинно верующему христианину достаточно внимательно прочесть главу 21 «Откровения», а атеисту или агностику…

Что ж, тому, кто верует в Человека так, как кто-то верует в Христа, достаточно вспомнить всё то великое, светлое и человечное, что было в мировой истории и прежде всего — в Стране Добра — СССР, чтобы — подобно Иисусу Христу повторить: «Да, всемирное братство людей, всемирный Союз Советских Социалистических Республик вполне возможен и неизбежен не в сказках, не в мечтаниях, а в реальности!»

И что с того, что это — реальность лишь будущая?!

Муамар Каддафи — очень неординарный, хотя нередко и путающий сам себя политик и мыслитель, однажды хорошо сказал: «Говорят, что коммунизм умер.

Нет, он ещё даже не рождался».

Ныне венцом и концом социальной истории человечества называют современный либерализм в его глобалистском обличье. Но я спрашиваю у всех — верующих и неверующих, спрашиваю и у нынешнего воинствующего антикоммуниста патриарха Кирилла: похож ли святой город Иерусалим Христа на ту либеральную модель мира, которую сегодня провозглашают венцом творения? И уж тем более — есть ли хоть что-то от христианских принципов в общественной жизни той «Россиянии», порождением которой патриарх Кирилл является?

В книге Бытия, в главе 26, сказано:

Так что же мы его сегодня не возделываем — ни во всём мире, ни в России? Что мешает этому?

Вот пример того, как капитализм возделывал «сад земной» уже века назад.

Когда европейцы появились в тропических странах, они сразу же познакомились с малярией, которая косила их массами. Только в 1633 году европейская женщина, жившая в Перу, — Хинон — излечилась от малярии, использовав средство перуанских индейцев — кору высокогорного дерева, названного в честь Хинон «хинным».

Малярия свирепствовала в тропиках везде, но особенно — на Яве, захваченной голландцами. Страдали от неё и англичане, да и коренное население колоний тоже, конечно.