Добро пожаловать в NHK!

— Здесь неподалеку есть заброшенный дом, но…

Пройдя минут десять, мы пришли к этому дому. Окна были разбиты, а во входной двери зияла огромная дыра. Мы провели целую ночь в доме, который был вот–вот готов рухнуть. Странно, но я не помню, чтобы мне было холодно.

Мы говорили обо всём подряд в этом старом доме, где на каждом шагу не хватало досок в полу. Мисаки рассказывала мне о воспоминаниях, связанных с этим домом. Большинство из них было трагичными, но были и приятные.

— Мой настоящий отец… Я даже не помню его лица, но он дал мне имя.

Здесь недалеко был прекрасный мыс, поэтому он назвал меня «Мисаки», что значит «мыс». Довольно подходящее имя, как думаешь?

Вдруг я почувствовал себя немного уставшим. После того, как я на несколько секунд провалился в сон, Мисаки мягко потрясла меня.

— А что такое N.H.K.?

Это могло затянуться надолго, поэтому я не стал повторять свои объяснения. Мисаки выползла из–под пальто, которое она использовала вместо одеяла, и вытащила свой Секретный Дневник.

— Знаешь, я тоже думала об N.

H.K..

— Здесь темно, можешь посветить мне своей зажигалкой? А, ладно, я могу разглядеть буквы даже в темноте,- быстро сказала она и начала что–то писать ручкой в своей Cекретной тетради.

— Ммм, вот, готово.- Она вырвала страницу и передала мне.

Единственным источником света была луна, светившая в окно. Я напряг свои глаза, чтобы прочитать то, что было написано на том листе бумаги.

Стороны обменяются заложниками между собой, каждый доверяет свою жизнь другому в качестве заложника.

Другими словами: «Если ты умрешь, я тоже умру, черт возьми!» Принимая это соглашение, мы свяжем себе руки, как ядерные державы, угрожающие друг другу во время холодной войны. И даже если мы захотим умереть, мы не сможем.

Если дойдет до ситуации «Мне все равно, если ты умрешь», тогда эта организация перестанет работать. Так что давай постараемся, чтобы этого не произошло!

Президент N.H.K., Мисаки Накахара

Имя:____________ Участник №:___________

— Скорее подпиши это.

Я взял у неё ручку и на секунду задумался.

В конце–концов, ничего не было решено. Ничего не изменилось.

Как же я смогу жить дальше, если каждый день буду шептать себе: «Я больше этого не выдержу».

Я поволновался об этом какое–то время, а потом просто поставил свою подпись.

Потом Мисаки убрала контракт в свою сумку, обняла меня за плечи и подвинула меня к себе. Наши глаза встретились.

И затем она громко объявила: «Добро пожаловать в N.H.K.!»

Её чрезмерный энтузиазм был довольно забавен.