Добро пожаловать в прошлое!

Девушка давно уже выскользнула из комнаты, а он все продолжал стоять, тупо уставившись взглядом куда-то в стену. И дернул же его черт за язык! Какой, на хрен, поцелуй?!

А Ксюша тоже хороша! Он попросил, она тут же сделала! А если он ее попросит сделать что-нибудь еще, она также послушно согласится?! Например, что будет, если он попросит ее… Нет, все, стоп! Даже не стал додумывать, чего бы ему хотелось. Неизвестно, до чего могут довести такие игры. Ясно, что ни до чего хорошего. Пора с этим завязывать, пока у нее, действительно, не появились все основания обвинить его в том, что он к ней пристает.

Вспомнилось, как совсем недавно, она выкрикнула эти слова ему в лицо. Он тогда еще поразился: «Придумала же!», а теперь, оказывается, что она не так уж и далека от истины. Но как же она реагирует на его отношение к ней! Стоит отнестись к ней по-доброму, и вот она уже мягкая как воск свечи. Стоит только «наехать» на нее, как она тут же подбирается, готовясь защищать себя, и во все стороны лезут колючки.

– А, Ксюш, мы же твою симку старую не поставили, – вспомнил вдруг Влад. – В смысле, восстановленную… Неси ее сюда, – прокричал ей.

Ксения, в своей комнате постигавшая возможности смартфона, невольно дернулась. Старая симка? Восстановленная? Но она же не ходила в салон и ничего не восстанавливала. Зачем?

Быстро достав из сумки маленький, казавшийся теперь совсем невзрачным, старый телефон, девушка сняла заднюю панель, вытащила батарею, достала прямоугольный пластик с логотипом оператора.

– Это новая симка? – Влад уставился на нее в удивлении, когда симка легла ему на ладонь.

– Ну, да. А что? – теперь и она смотрела на него удивленно. Симка как симка, вроде бы не затертая. С первого взгляда и не скажешь, что она пользованная. Но сомнения уже начали разъедать изнутри. Неужели он что-то заподозрил? В который раз Ксения обозвала себя дурой.

– Хм, – Влад слегка откашлялся в кулак, прочистил горло. – Пить охота что-то, – улыбнулся ей криво и попросил: – Принеси, пожалуйста, водички, – и пока девушка выходила из комнаты, провожал ее потяжелевшим взглядом.

Картинка, постепенно проступавшая некрасивыми мазками, ему совершенно не нравилась.