Добровольно проданная

— Тебе можно все, — Константин подходит к горке из бокалов с шампанским и подает один бокал мне.

— А можно я всегда буду с тобой? Не оставляй меня, — хмурюсь, когда рядом одна из женщин внаглую меня рассматривает, даже не скрывая.

— То есть со мной уже не страшно, — опять усмехается, прищуриваясь,

— В данной ситуации — да, — хитро улыбаюсь, пытаясь расслабиться.

— А в какой ситуации — нет? — Краснею, отводя взгляд, пряча смущение за глотком шампанского. — Ясно. Ночью расскажешь, — протягивает руку и проводит пальцем по кромке моего платья на груди.

Я вспыхиваю, чувствуя, как краснею. — Ммм, какой красивый румянец.

Несмотря на смущение, мне становится легче. Немного свободнее среди толпы. Мимо проходят пары, кивая Адамади, а он слегка кивает им в ответ.

— Ты опоздал, — позади меня раздается голос Виктории.

— Мы не опоздали, мы задержались, — отзывается Адамади.

Женщина в ярко-красном платье на бретелях, с такими же вызывающими яркими губами.

Она пьет шампанское и тоже осматривает меня с ног до головы, а я еще сильнее цепляюсь за Константина и склоняю голову ему на плечо. Мне хочется побесить Викторию. И она, как ни странно, ведется. Язвительно усмехаясь.

— Прекрасное платье, София. Тебе идет.

— Так, это вы его выбирали, — отвечаю я.

— Поэтому и хвалю, — кидает мне она.

Я закусываю губы, потому что впервые в жизни хочу послать эту женщину куда подальше. Но вместо этого растягиваю улыбку и киваю.

— У вас хороший вкус, Виктория, — мило отвечаю, хлопая ресницами.

Самое приятное, что Константин мне подыгрывает. Он отпускает мою руку, обнимает за талию, притягивая к себе, наклоняется и вдыхает запах моих волос. А Виктория покрывается красными пятнами и почти залпом допивает шампанское.

— Почему ты без спутника? — спрашивает Константин, продолжая меня обнимать. И меня окончательно отпускает. Чувствую себя уверенно в его объятьях. Словно защищена от всего плохого, в данном случае — от нападок этой женщины,

— Ты же знаешь, что у меня его нет, — отмахивается Виктория и берет еще шампанского,

— До сих пор сильная и независимая? — слегка ухмыляется Константин.

Виктория вспыхивает, сжимает губы и окатывает Адамади оскорблённым взглядом. Я не понимаю, что ее так обижает,

Это какой-то тонкий намек, который понимают только они, Виктория замолкает, допивая еще один бокал шампанского, но от нас не отходит.