Добрые предзнаменования

— Если на то пошло, откуда ты знаешь, что твой оттуда же? Он что, кричал «Омм!», когда ты его давил?

— Ну, он… он был похож на тибетца, — объяснил Ньют. — Оранжевый балахон, выбрит налысо… ну, в общем… вылитый тибетец.

— Один из моих неплохо говорил по-английски. По его словам, он чинил приемник в Лхасе и вдруг — раз! — и он в каком-то тоннеле. И без малейшего понятия, как добраться домой.

— Если бы ты посоветовала ему дойти до поворота, его могли бы подвезти на летающем блюдце, — мрачно сказал Ньют.

— С тремя пришельцами? И один из них — робот-недомерок?

— Они что, тоже сели на твоей лужайке?

— Судя по новостям, это единственное место, где они не сели. Они приземляются повсюду, во всем мире и ко всем встречным обращаются с короткой банальной фразой о космическом мире и гармонии, а когда эти встречные говорят: «Да? Ну и что?», они тупо смотрят на них и снова улетают. Знамения и знаки, точно как говорила Агнесса.

— И сейчас ты мне скажешь, что это она тоже предсказала, да?

Анафема порылась в старом картотечном ящике, который стоял перед ней.

— Я все собиралась занести это в компьютер, — сказала она. — Поиск по словам, и так далее, понимаешь? Сильно облегчило бы работу. Пророчества расположены как попало, но есть намеки, пометки от руки и так далее.

— Она писала пророчества в картотеку? — удивился Ньют.

— Нет, в книгу. Но я… ну, не могу ее найти. У нас, конечно, всегда были копии.

— Так ты ее потеряла? — вскричал Ньют, пытаясь привнести в беседу хотя бы тень юмора.

Анафема одарила Ньюта таким взглядом, что он понял: если бы взглядом можно было убить, его тело уже лежало бы на столе в морге.

Потом она продолжила:

— За все эти годы мы составили неплохой алфавитный указатель, а дедушка разработал очень полезную систему перекрестных ссылок… ага. Вот оно.

Она бросила карточку через стол.

— Это, конечно, расшифровано не заранее, — призналась Анафема. — Толкования я записывала, когда слушала новости по радио.

— Кроссворды, наверное, ваше семейство решает с невероятной легкостью, — заметил Ньют.

— Три часа десять минут, — без запинки ответил Ньют.

— Я так думаю, нам дадут медаль или еще что, — радостно заявил Адам. — За спасение человека из пылающих обломков машины.

— Они не пылали, — сказала Язва. — Они даже не очень-то и разломались, когда мы ее перевернули обратно.

— Но ведь могли, — заметил Адам.