Добрые предзнаменования

 — Всем известно, во Франции тоже полно лука.

Тут Язва решила остановиться. Ей был обещан пост Верховного Палача. Кто будет Главным Инквизитором, ни у кого не вызывало сомнений.

Роль Стражей Инквизиции, отведенная Брайану и Уэнслидейлу, вызывала у них меньший энтузиазм.

— Вы испанского не знаете, — заявил им Адам. Он успел, кроме изучения энциклопедии, заглянуть в разговорник, который Сара купила в Аликанте в приступе романтической восторженности.

— И по-испански, — твердо сказал Адам. — Поэтому инквизиция и называется испанской.

— Не пойму я, почему не может быть британской инквизиции, — сказал Брайан. — Не пойму, чего ради было сражаться с Испанской Армадой и все такое и все равно оставаться с их занюханной инквизицией.

Эти соображения слегка смущали и Адама, в целом настроенного весьма патриотически.

Новая обитательница Жасминного Домика может и подождать, решили они. Нужно начинать с малого и усложнять задачи постепенно.

— Да, — ответила младшая сестра Язвы. Ей было шесть лет, и с виду она была похожа на золотоволосый футбольный мяч.

— Не говори «да», ты должна отвечать «нет», — прошипел Верховный Палач, толкая подозреваемую в бок.

— А потом что? — потребовала ответа подозреваемая.

Маленькая подозреваемая оглядела оформление зала инквизиции с нескрываемым пренебрежением. Здесь сильно пахло луком.

Верховный Палач кивнул Великому Инквизитору.

Подозреваемая поразмыслила над этим.

Представители ЭТИХ мужского пола обессиленно переглянулись. Это была не их весовая категория.

— Если ты скажешь «да», — предложила Язва, — я тебе отдам набор для Синди, с конюшней.

Адам сухо и крючкотворно кашлянул.

Подозреваемая поглядела на выражение лица Язвы и передумала.

— Нет, — вздохнула она.

То, что пытка была великолепна, ни у кого не вызывало сомнения. Вся проблема была в том, как теперь отделаться от предполагаемой ведьмы.

После обеда жара еще усилилась, и Стражи Инквизиции начали подозревать, что их дурачат.

— Хочу еще! — заявила подозреваемая, из сандалек которой струилась вода.

В результате тщательных изысканий Верховный Инквизитор пришел к выводу, что британская инквизиция, возможно, еще не готова снова ввести в обиход «железную деву» и «испанский сапожок». Однако, судя по гравюре, на которой изображалось, как ведьму опускают в пруд, привязав к сиденью, укрепленному на длинном бревне, «позорный стул» — это именно то, что им было нужно.