Добрые предзнаменования (пер. В.Филиппов)

– Ненавижу.

– Типа Крутые? – переспросил Все Равно Не Работает, Даже Если Пнуть Хорошенько.

– Ну точно, – сказал Жестокое Обращение с Животными. – Они еще все носят темные очки, даже когда не нужно.

– Жрут вонючий сыр и пьют гребаное дурацкое безалкогольное пиво, – добавил Все Равно Не Работает, Даже Если Пнуть Хорошенько. – Ну ненавижу. Чего лить в глотку всякую гадость, если даже блевать потом не тянет? Я вот чего подумал. Давайте я еще раз поменяюсь. Буду Безалкогольное Пиво.

– Да вот хрена с два, – заявил Тяжкие Телесные Повреждения.

– Короче вот, – заявил Боров. – Вот почему я хочу быть Типа Крутые.

– Ладно, – сказал вожак.

– Ну, а чего мне нельзя зваться Безалкогольное Пиво, если мне так нравится?

Смерть, Голод, Война и Загрязнение ехали в Тэдфилд.

И за ними следовали Тяжкие Телесные Повреждения, Жестокое Обращение с Животными, Все Равно Не Работает, Даже Если Пнуть Хорошенько (но в душе – Безалкогольное Пиво), и Типа Крутые.

В этот грозовой субботний вечер у мадам Трейси было очень оккультное настроение.

Она надела платье, ниспадающее свободными складками, и поставила на огонь кастрюлю с капустой. Комнату освещали четыре свечи, аккуратно воткнутые в почти скрывшиеся под потеками воска бутылки, расставленные по углам гостиной.

– Будьте добры, возьмитесь за руки, – попросила Мадам Трейси. – И сохраняйте полную тишину. Мир духов очень чувствителен к любым вибрациям.

– Спросите, здесь ли мой Рон, – сказала миссис Ормерод.

Ее нижняя челюсть была похожа на кирпич.

– Спрошу обязательно, дорогуша, только, пожалуйста, помолчите, пока я не войду в контакт.

Наступила тишина, только в желудке у мистера Скрогги не переставало урчать.

– Прошу прощения, дамы, – пробормотал он.

За годы Снятия Покровов и Прикосновения к Тайнам Мадам Трейси удалось определить, что две минуты составляют ровно столько, сколько нужно посидеть в тишине, ожидая контакта с Миром Духов. Если ждать дольше, клиенты начинают беспокоиться, если меньше – считают, что ты не отработал свои деньги.

Она начала мысленно составлять список покупок.

Яйца. Лук. Полфунта тертого сыру. Четыре помидора. Масло. Рулон туалетной бумаги. Не забыть бы, почти кончилась. И хорошенький кусочек печенки для мистера Шедуэлла, вот бедняга, просто стыд…

Мадам Трейси откинула голову назад, уронила ее на плечо, и медленно подняла снова. Глаза ее почти закрылись.

– Она погружается, дорогая моя.