Конечно, в то время я был еще мальчишкой, а не мужественным и зрелым гражданином своей страны, каким стал сейчас. Я потряс банку, но из нее не вылилось ни капли.
Непонятным образом банка опустела, а я по-прежнему продолжал ощущать жажду. Разве можно терпеть столь неприятную ситуацию? Нет. И я не имел намерения ее терпеть. Встав с дивана, я твердой, решительной походкой проследовал в кухню. В холодильнике оказалось еще несколько банок, и я, прихватив одну, вернулся на диван."
"Сел, открыл банку и потянул пиво.
Уф… Значительно легче. Будь он проклят, этот сержант Доакс! Предложить ему пивка? Может, оно успокоит его настолько, что сержант откажется от своей дурацкой затеи? Ведь что ни говори, а мы с ним находимся по одну сторону баррикад. Разве не так?
Я потянул еще пива.
Рита вернулась в шортах из джинсовой ткани и белом топике на бретельках, с крошечным бантиком на шее. Я был вынужден признать, что она выглядит великолепно. Декстер сумел выбрать для себя классное прикрытие.
— Итак, — сказала она, легко опустившись на диван рядом со мной, — я страшно рада тебя видеть свалившимся буквально с неба.
— Так и должно быть.
Она склонила голову набок и, хитро прищурившись, спросила:
— У тебя, кажется, был трудный день?
— Просто ужасный, — ответил я и приложился к банке. — Пришлось отпустить одного плохого парня. Очень плохого.
— О… — помрачнев, протянула она. — Почему ты не… Я хочу сказать, не мог бы просто…
— Я хотел «просто», но не мог. — Поприветствовав ее поднятой банкой, я добавил: — Политика… — И сделал здоровенный глоток.
— Я все никак не могу привыкнуть… — Рита покачала головой. — Хочу сказать, что со стороны это кажется таким ясным. Ты находишь плохого парня и убираешь его. Но при чем тут политика? А что он сотворил?
— Парень помог убить нескольких детишек.
— О… — Рита была потрясена. — Боже мой, но ты просто обязан что-нибудь предпринять.
Я улыбнулся. Она мгновенно увидела все в нужном свете. Какая девчонка! Разве я не упоминал, что умею выбирать среди них самых лучших?
— Ты угодила в самую точку.
— Я взял Риту за руку, чтобы рассмотреть указательный палец. — Я способен кое-что предпринять. И сделать это очень хорошо. — Я погладил ее по руке, пролив при этом немного пива. — Знал, что ты все поймешь.
— О… — в некотором замешательстве произнесла Рита. — Каким образом… Что ты можешь сделать?
Почему бы не рассказать ей все, подумал я, снова приложившись к банке. Я видел, что основную идею Рита уловила.
