Может, мне уже начать за нее тревожиться? Я продолжал следить за сестрой, скользнув в одну из кабинок нашего любимого кубинского ресторана «Релампаго». Сообщив диспетчеру свое местонахождение и фамилию, Дебора заняла место за столиком напротив меня.
— Итак, Сержант Большая Рыба… — произнес я, когда мы получили меню.
— Полагаешь, это смешно, Декстер?
— Да, ужасно смешно. И немного печально. Как и сама жизнь. Особенно твоя жизнь, Дебора.
— Да пошел ты, Декстер! — сказала она. — Моя жизнь просто прекрасна.
Чтобы доказать это, Дебора заказала себе лучший в Майами сэндвич «медианоче» и молочный коктейль «батидо де мамей» с редким тропическим фруктом, обладающим вкусом персика и арбуза.
Моя жизнь была столь же прекрасной, как и ее, поэтому я заказал себе то же, что и сестра. Поскольку мы являлись завсегдатаями, посещавшими заведение чуть ли не всю свою жизнь, пожилой небритый официант с выражением лица, способным служить для Деборы моделью, вырвал из наших рук меню и затопал в кухню с видом двигающейся на Токио Годзиллы.
— Все веселы и счастливы, — заметил я.
— Это не сериал «Соседство мистера Роджера», Декс. Это Майами. Здесь счастливы только плохие парни. — Она одарила меня взглядом идеального копа и поинтересовалась: — Как случилось, что ты не смеешься и не поешь?
— Нехорошо с твоей стороны, Деб. Нечестно. Я остаюсь хорошим вот уже несколько месяцев.
— Угу, — буркнула она, отпив воды. — И от этого у тебя едет крыша.
— Гораздо хуже, — содрогнувшись, вздохнул я.
— Похоже, это делает меня нормальным.
— Тебе меня не обдурить.
— Как ни печально, но это так. Я стал домоседом. — Немного поколебавшись, я выложил ей все. А что? Если парнишка не имеет возможности поделиться своими проблемами с членами семьи, то кому еще он может доверять? — И в этом виноват сержант Доакс, — закончил я.
— У сержанта на тебя большой зуб, — кивнула Дебора. — Держись от него подальше.
— С удовольствием. Но дело в том, что он не держится подальше от меня.
Ее взгляд копа стал более жестким.
— Что ты намерен в связи с этим предпринять?
Я открыл рот, чтобы с негодованием отмести все, что на самом деле замышлял, но, к счастью для моей бессмертной души, прежде чем я успел соврать, портативное радио Деборы подало сигнал. Сестра склонила голову набок, схватила трубку и сообщила, что уже находится в пути.
— Пошли! — бросила она, направляясь к дверям.
Я последовал за ней, задержавшись лишь на миг, чтобы бросить на стол деньги.
