Онлайн-библиотека книг
Пора работать, — распорядился Петр Григорьевич, продолжая думать о чем-то своем.
— Ты зачем на котлету сахар высыпал? — Надя с удивлением наблюдала, как супруг взял ложечку из солонки, залез ею в сахарницу и высыпал содержимое на котлету.
— Разве сахар? — отсутствующим тоном поинтересовался муж и положил котлету в рот.
— Знаешь, милый, иди лучше в постель.
По-моему, перемены в доме слишком перегрузили твою головку, — с беспокойством заметила жена и побежала стелить постель. Петр Григорьевич дожевал котлету и послушно поплелся в комнату.
— Поспи, милый. Для первого раза ты и так слишком много сегодня ходишь. Константин Филиппович назначил тебе неделю щадящего режима, — напомнила Надя и задвинула шторы. — Господи! Какое счастье, что ты уже дома…
Петр закрыл глаза и притворился спящим.
Ему очень хотелось прочитать письмо Шуры, но делать это при Наде Ерожин воздерживался. Лежать с закрытыми глазами ему скоро надоело. Петр Григорьевич приподнялся, попытался зажечь лампу возле тахты, но не мог найти выключатель.
— Надя, где она зажигается? — крикнул Ерожин в сторону кухни, поскольку супруга колдовала там с посудомоечной машиной.
— Ах ты мой бестолковый калека! — рассмеялась она и нажала выключатель над головой Петра.
Ерожин попросил журналы и принялся их листать.
— Тебе лучше бы поспать, — посоветовала Надя и удалилась.
Ерожин послушал, как она гремит на кухне тарелками, быстро вылез из-под одеяла и босиком, стараясь не шуметь, подобрался к брюкам.
— Ты видел? Нас в театр приглашают, — сказала она, достав из конверта жесткий пригласительный билет. Вместе с билетом лежала маленькая записочка.
— Повтори, пожалуйста, я не расслышал, — попросил подполковник.
— Слишком ты стал рассеянным В больнице я этого не замечала, — медленно проговорила Надя, с удивлением поглядывая на Петра.
— Прости, зачитался, — соврал Ерожин.
— Записочка и приглашение от дамы, — многозначительно сообщила Надя.
— От какой еще дамы? — не понял супруг.
— От той, которую ты обворовал и изнасиловал.
