Обнимать хрупкую девочку напротив я сейчас точно не буду. А очень хочется. До зуда в ладонях хочется притянуть ее к себе.
— Я знаю, ты злишься, — говорит с абсолютным знанием дела. Даже интересно, кто ей такое сказал. Марк? Вряд ли после последней статьи.
— Я не злюсь.
Удивленно глядит на меня во все глаза. Видимо, по ее мнению, должен. Поэтому так боялась, когда зашла?
— Не злишься?
— Должен?
— Из-за меня ты… здесь.
— Я здесь из-за своих ошибок, Катя. Никак не из-за тебя.
Она такая сейчас…
Сбитая с толку, шокированная.
Сжав руку в кулак, держусь, тогда как хочу обнять ее, посадить себе на руки, прижать. Абсолютно хуевое в данной ситуации желание. И в принципе ситуация выходит дерьмовая. Потому что Катя вроде как пришла сюда, чтобы сказать о том, что сожалеет. Не о нас поговорить, не о чувствах.
Чувствах, блядь. Приходится едва ли не насильно напоминать себе о том, что мне, между прочим, не двадцать лет, а намного больше. И с чувствами дела иметь я не планировал. Ни сейчас, ни когда-нибудь потом.
Но вот напротив сидит девушка. Безумно привлекательная и желанная. Не помню, чтобы жаждал кого-то так же сильно, как ее. А ведь все начиналось именно с моего “ничего серьезного”. До чего же сюрреалистично.
— Я виновата, Кирилл. Я писала ту статью, и я… не поверила тебе.
Она опускает взгляд и шумно выдыхает, а я вдруг понимаю, что она боится. Меня, блядь, боится, потому что в нашу последнюю встречу, не церемонясь, я заехал по стене рядом с ее головой.
— Ты не поверила, потому что я не донес правильно.
— Ты правда думаешь, что тех двоих нанял Орлов?
— Я в этом уверен. А потому, прошу тебя, Катя, езжай домой. Там ты будешь в относительной безопасности.
Она вздрагивает, ведет плечами, сжимает руки в замок.
— Я приехала сюда, чтобы сказать кое-что… тебе. Сразу скажу, что я ни на что не рассчитываю, просто ты должен знать. Я беременна.
Роется в сумке, достает оттуда небольшую полоску. Тот самый тест с двумя полосками.
— У меня кроме тебя никого не было, но если ты не уверен, мы могли бы… провести тест ДНК.
Я узнавала, уже можно по крови.
Глава 45
Катя
Пока Кирилл молчит, видимо, шокированный заявленным, я сижу, не зная, как успокоиться. Сердце стучит, руки трясутся. Я боюсь его реакции. Не сказать, что жду чего-то. Предложения там, руки и сердца, но и резкого требования про аборт не переживу. Все же облик Кирилла в моей голове сложился определенным образом. И он совсем не сходится с тем, что я слышу:
— И что? — хмыкает равнодушно.
