Он смотрит на меня исподлобья, на мое приветствие даже не отвечает. Чем-то недоволен. Может, тем, что Орлов меня вернул, но я спрашивать не буду. Иду к стульям, где сидят парни и девушки, сажусь на свободный.
Расстегиваю рюкзак, шуршу бумагами, которые сейчас кажутся абсолютно ненужными в рюкзаке, и замираю.
Все смотрят на меня.
Кто-то недовольно, кто-то с усмешкой, а кто-то со злостью.
— П-простите.
— Значит так, Янова, — раздраженно бросает помощник Орлова. — Или ты не издаешь за сегодня ни звука, или сразу на выход.
Такие у нас правила.
Меня снова пытаются выгнать. Значит, легко не придется.
— Провинция, — звучит презрительное откуда-то сбоку. И смешок, перерастающий в хохот.
На эту стажировку меня взяли совершенно случайно. Я даже заявку подавать не хотела, ведь попасть к самому Орлову могли лишь избранные.
Таковой я никогда не была, но поддавшись уговорам подруг, отправила заявку.
Конечно, меня не взяли. Из нашего небольшого города выбрали только одного студента — Ивана Белова. И я с гордостью приняла поражение, пока не узнала, что накануне Иван сломал ногу, а второй претенденткой от нашего университета была я.
Так что вот…
Я на стажировке у самого крутого и скандального криминального журналиста столицы. Втайне от отца, который прямо сейчас находится в командировке."
"Он, надеюсь, ни за что не узнает, чем я тут… промышляю.
— Приступим!
Воодушевляюсь. Все уже в сборе. Судя по занятым стульчикам и пяти оставшимся минутам до начала — никто не опаздывает.
— Итак. Как я уже говорил, в ближайшие три дня у вас будет отбор.
Только половина из вас получит доступ к индивидуальной программе стажировки Орлова. Это, Янова, я повторяю тебе, раз уж вчера ты… не пришла.
Я опоздала, и он меня выгнал, но в жизни не признает вину.
Молча киваю.
— Вчерашнее задание спустим тебе на тормозах. Сегодня будет другое.
— Что будут делать остальные? — спрашиваю, пользуясь советом Никитичны.
— Остальные, Янова, будут сидеть в офисе, разбирать никому не нужные бумаги, носить кофе и… в общем, будете тут на побегушках.
Сразу дает понять, что именно я этим и буду заниматься.
Ну уж нет!
Кофе потаскать я и дома могу. В кафе, где подрабатываю!
— Если главный критерий не бесить вас, то Янова уже может учиться делать кофе, — кто-то отпускает, как ему кажется, смешную шутку.
— К счастью, Григорьев, это не основной критерий, иначе вас бы всех здесь уже не было.
А вот теперь смеются действительно все. И на Григорьева кто-то даже посматривает с сочувствием.
