Дочь княжеская. Книга 4

Потерянные Земли очень хорошо знают, кто такой ваш светлейший отец и что он такое! — Лилар скупо улыбнулась. — Так что база у вас есть, и база неплохая. Вам надо лишь продолжать.

— Как? — простонала Хрийз. — Как я смогу?!

— Сможете, — кивнула ей Лилар. — Смогли же на Совете? Вот. Вам, главное, на первом приёме не говорить ничего определённого, не обещать, не давать своё слово. Тяните время, упирайте на то, что великие решения требуют времени: вам надо подумать. Вообще, пусть лучше говорят они, а вы слушайте.

Мы. Высшие маги не одного княжества даже, всего Третьего мира. Ярой Двахмир, Эрм Тахмир, Данеоль Славутич, Лаенч лТопи. Канч сТруви… сЧай…

Лилар мягко коснулась пальцами её руки:

— Вы не одна, ваша светлость. Вам помогут.

Позже Хрийз всё-таки выбралась за пределы комнаты. Сколько можно лежать! Особенно когда рядом спит Мила. Из-под одеяла тянуло могильным тленом, лечь рядом и уснуть… ну, получится, конечно.

Сихар разворчалась, но Хрийз сказала про Милу, и целительница замолчала.

— Не понимаю, как вы её терпите, — сказала она наконец. — Это же самый настоящий ужас во плоти…

— Это — маленькая девочка, которой так не хватает тепла и заботы, — твёрдо возразила Хрийз, ей вдруг стало очень обидно за ужас, доверчиво льнущий к ней с просьбой рассказать очередную сказку. — Я знаю, что делаю!

— Полагаю, не знаете, — непримиримо заявила Сихар.

— Что вы предлагаете? Прогнать? Она не уйдёт.

Снова обожгло яростью, и, видно, в лице проявилось что-то этакое: Сихар сразу стушевалась, опустила взгляд:

— Как скажете, ваша светлость…

То-то же! Сихар хотела взять её под руку, чтобы помочь спуститься по лестнице, но девушка отстранилась:

— Плохо станет, — предупредила целительница.

— А как я, по-вашему, научусь ходить по лестницам, если меня будут водить за руки? — холодно поинтересовалась Хрийз.

— Упрямая, — поджала губы Сихар. — Вся в сестру! Та тоже… себя не щадила.

Хрийз вскинула голову, долго смотрела Сихар в глаза. Та не выдержала, отвела взгляд первой.

— Я — не сестра, — сказала девушка тихо, она всегда старалась понижать голос, когда чувствовала за собой вскипающее бешенство.

Когда понижаешь голос, то беситься уже так не можешь, проверенный факт.