Дочь княжеская. Книга 4

Мила с воплем сгребла всё себе и завалилась читать.

Девичьи романы. Про отважных воинов и смелых принцесс.

— К реальности отношения имеет мало, — улыбаясь, сказал Славутич. — Так называемый псевдоисторический антураж: одно время существовала волна интереса к былым временам, были очень популярны тематические балы, где все одевались в одежды той или иной эпохи, и разыгрывали сценки из исторических событий или выдуманных. Пользуется популярностью среди девиц интересного возраста до сих пор, хотя, конечно, уже не так, как в дни моей юности.

Хрийз не стала даже открывать. Зачем, когда перед нею сидит человек, помнивший Канча сТруви молодым и живым? Можно замучить расспросами о том, как одевались женщины при императорском дворе пару столетий назад…

Хрийз подозревала, что половину рассказанного Славутич на ходу придумал, только чтобы отделаться от девичьей темы. Вот про магию боевую — пожалуйста, всегда рад. А про цвет-фасон-модные тенденции — увольте. Проверить-тo всё равно было никак нельзя.

Лилар мало чем могла помочь — жизнь боевого мага не предполагает светских раутов.

Но в одной из книг, случайно раскрывшейся на середине, Хрийз увидела рисунок. Графика. Только чёрный и оттенки серого. Но какая! Девушка стояла вполоборота, оперевшись на перила лестницы, ветер отбрасывал с её лица длинные волосы, сбивая их по концам в косу. И платье вилось по ветру, вроде простое, под горло, с длинными рукавами, в пол, как и хотела Мила, но из-под подола показывался краешек башмачка, а на кисти расстегнулся браслет, и ткань начала расправляться. Сам же браслет держался уже на честном слове, вот-вот упадёт и звонко брякнет в мраморную ступень…

Хрийз долго рассматривала рисунок, чувствуя знакомое горячее покалывание в кончиках пальцев.

Она свяжет такое платье. Она уже знала это.

Параллельно она потребовала от Лилар принести несколько боевых ножей и упорно тренировалась метать их в цель. Получалось отвратительно. Но каждый раз, когда клинок с хрустом входил в мишень, Хрийз представляла себе, что остриё пронзает живой глаз.

Коричневый, с золотистыми искорками, глаз Девнарша Рахсима. Она понимала, что сможет ударить всего один раз, и то, скорее всего, с расстояния. И хорошо бы насмерть! Никого еще в своей жизни она не ненавидела так сильно.

Кот Твердич научил её собирать стихию Огня узким сокрушительным копьём.

— Если добавить в середину честную сталь, — говорил он, — плохо придётся вашему врагу.

Но вся эта воинская наука давалась большим трудом.