Дочь княжеская. Книга 4

Не дело магу Жизни учиться убивать…

Появляться рядом с гостевым крылом Хрийз избегала. Хотя тянуло посмотреть на тренировки младшего Рахсима, может быть, покажет что-нибудь, что пригодится потом… Нет. Он не идиот, ничего серьёзного не покажет, конечно же. Вот и нечего на него смотреть.

Хрийз облюбовала длинную узкую лестницу, сбегавшую по склону к речке, над которой проходила та самая галерея, по которой она часто бродила после возвращения из-за Грани. По лестнице можно было спуститься в самый низ, к ажурному мостику над самыми камнями, послушать, как звенит летящая к морю пенная вода, полюбоваться мальками рыб, снующими в небольших, карманных каких-то заводях, образованных камнями.

Вода здесь оставалась почти стоячей и просвечивалась солнцем насквозь. Мальки, с мизинец длиной каждый, были почти незаметны сверху. Их выдавала лишь резкая тёмная тень на дне и, конечно же, движение.

— Серебристая форель, — объяснила про них Лилар. — Водится только в самой чистой и прозрачной воде…

Взрослую форель, впрочем, увидеть не удавалось.

За ней надо было прыгать по камням на самую середину речки, Хрийз этого сделать, конечно же, не могла.

По лестнице Хрийз принципиально спускалась и поднималась сама. Поначалу и сознание теряла, не без того. Вставала, упорно цеплялась за перила и дальше ползла. Сначала вниз. Потом вверх. Вверх подниматься было труднее всего.

На вопрос Лилар, зачем так изнурять себя, Хрийз ответила, что хочет научиться бегать по этой проклятой лестнице туда-сюда, не сбивая дыхания.

А этого не получится никогда, если жалеть себя. Сихар, та вообще на трудную пациентку рукой махнула: делай, что хочешь. «Умрёте, ваша светлость, — будете иметь дело со мной», — ласково пообещал Канч сТруви. Хрийз посмотрела в его лицо, поёжилась и дала себе слово ни за что не умирать.

Долгие прогулки по проклятым ступеням пока не приносили ничего, кроме смертельной усталости и лютой боли во всём теле. Боль терпеть было не привыкать, а вот слабость возмущала до глубины души.

Хрийз думала иной раз в отчаянии, что это уже никогда не закончится. Боль будет с нею всегда. Слабость — останется навсегда.

Однажды, спускаясь вниз в очередной раз, Хрийз уловила чужое присутствие. Багровая аура старшего Рахсима, он её и не скрывал даже.

— Возвращаемся обратно! — тут же потребовала Лилар.

— Он знает, что там ему не место, — медленно выговорила Хрийз. — Нет. Пойдём и на него посмотрим.